Новости форума       Архив       Медиа-центр       Карта сайта       Контакты
Медиа-партнёрам
Москва, комплекс административных зданий Правительства Москвы (ул. Новый Арбат, д. 36/9), 3 - 4 апреля 2019 г.
Программа Форума
Участники Форума
Приветствия
Организаторы
Оргкомитет
Программный комитет
Спикеры
Операторы Форума
Стенограммы
Рекомендации
Медиа-партнеры
Фотогалерея
Зарегистрироваться
Условия участия
Место проведения
Помощь в размещении

 
Главная / Архив / 2011 / Стенограммы выст... / Международная конференция «Интеллектуальные электрические сети: мировой опыт и перспективы России»

Назад

Международная конференция «Интеллектуальные электрические сети: мировой опыт и перспективы России»

Международная конференция
«Интеллектуальные электрические сети:
мировой опыт и перспективы России»

А.П. Епишов. Разрешите мне представить модератора этой конференции: Конев Алексей Викторович. Он заместитель директора агентства, федерального государственного учреждения «Российское энергетическое агентство». Да, и Георгий Петрович Кутовой, он у нас планировался сопредседателем, но он выступит и пойдёт работать на другую конференцию.
Позвольте мне от имени оргкомитета сказать несколько слов. Поскольку Юрий Александрович Липатов не смог в силу занятости присутствовать здесь, он меня просил от имени оргкомитета сделать вступительное слово. И потом мы с вами определим порядок работы, распределим очерёдность докладов.
Уважаемые коллеги! Эта тема -  «Интеллектуальные электрические сети: мировой опыт и перспективы России» появилась не случайно в программе нашего Форума. Дело в том, что наш Форум традиционно уделял приоритетное внимание развитию энергетической системы, в частности, генерации и сети как некоему неразрывному целому. Несмотря на то, что реформа российской электроэнергетики имела определённый сценарий, и приватизация сетевого комплекса проходила таким образом, что главным собственником осталось государство, а в сети пришли частные инвесторы, проблемы, характерные для сетевого хозяйства остались. Это колоссальный уровень изношенности сетей, это незащищённость сетей от климатических катаклизмов, это проблемы ведомственной разобщённости. Оказалось, что у нас многие сети более низкого уровня находятся в ведении ведомств, которые не способны ими управлять.
В этой связи я хотел бы вам напомнить, что реформа электроэнергетики задумывалась с целью привлечь инвестиции в сетевой комплекс и сделать его инфраструктуру, инженерно-технологическую, адекватной мировому уровню. И в этом смысле интеллектуальные электрические сети, и есть другие названия – Smart Grid и т.д. – это один из самых актуальных инструментов, который позволяет сделать сети гибкими и повысить их эффективность, а также учитывать гибкие режимы работы сетевого хозяйства. И здесь, независимо от того, кто является собственником – а мы знаем, что в России есть у нас межрегиональные компании, есть Федеральная сетевая компания – тема интеллектуальных сетей, высокотехнологичных современных подходов к строительству и эксплуатации сетевого хозяйства, актуальна для всех.
Поэтому мы сегодня хотели, во-первых, услышать, а что, собственно, происходит в мире, работают ли здесь мировые операторы?  Что они готовы нам предложить?  Дальше – одна из тем, наверное, будет неизбежно возникать: а способны ли мы привлечь инвестиции в сетевое хозяйство?

Вы знаете, что попытка вывести отрасль на свободный оптовый рынок электроэнергии, создала новые проблемы. Надо, я думаю, искать какой-то консенсус, который устраивал бы и генерацию, и сети, и потребителя. Сегодняшняя ситуация, определяется тем, что потребитель пока, видимо, не готов платить такие деньги. Я считаю правильной попытку Правительства не допустить эскалации этого процесса. Думаю, между генерацией, сетями, производителем, будут найдены какие-то компромиссные решения.
Но понятно одно: мы не можем не инвестировать в сети, они колоссально изношены, мы не можем допускать техногенных катастроф и каких-то чрезвычайных ситуаций. Я сам из Петербурга, и у нас уже 2 раза было, когда мы сидели без света, и светофоры не работали.
Поэтому, коллеги, интеллектуальные сети – это очень ясная, чёткая цель, это цель повышения технологического уровня и надёжности наших сетей. В том числе, эта цель очень соотносится с тем поручением, которое Президент России Дмитрий Медведев дал Правительству в части разработки новой доктрины энергетической безопасности. И я думаю, что все сообщения, которые сегодня прозвучат, они будут проанализированы, услышаны.
Во-первых, стенограмма будет сделана, аналитический отчёт по результатам этой конференции. И я уверяю вас, что все ценные мысли, все предложения конструктивные будут учтены. И я надеюсь, что это позволит внести наш какой-то небольшой вклад, может быть, общественно-экспертный, в процесс внедрения этих интеллектуальных сетей, в процесс модернизации сетевого хозяйства.
Сейчас я, наверное, предоставлю слово Алексею Викторовичу тоже, чтобы он сделал некоторое вступление. А дальше мы уже поговорим по порядку ведения. Спасибо!
А.В. Конев. Я благодарю. И приветствую всех присутствующих. Я так понимаю, то собрались самые заинтересованные и профессиональные слушатели. И поэтому, собственно, у меня есть что сказать. Да, я готовился к этому мероприятию, но я хотел бы сделать это, наверное, в конце, когда уже послушаем всех докладчиков.
А сейчас я хотел бы предоставить слово Георгию Петровичу Кутовому.
Г.П. Кутовой. Уважаемый Президиум, уважаемые коллеги! Я благодарю за предоставленную возможность поделиться своим видением, своими соображениями по поводу проблемы, которую сегодня мы сошлись обсуждать. Это создание интеллектуальной энергосистемы, активно-адаптивных систем, как её у нас интерпретируют.
Идея эта, пришла к нам из-за рубежа, но принципиально ничего нового в ней нет для нашей практики. Речь идёт о том, чтобы объединить и релейную защиту, и системную автоматику, режимную автоматику, противоаварийную автоматику, которая используется в разных условиях на разных этажах энергетической системы, начиная от промышленного предприятия до электростанции. В новых условиях развития IT-технологий представилась возможность объединить все перечисленное выше в такую систему управления режимом энергосистем, которая позволит минимизировать, в первую очередь и ради этого, минимизировать затраты, обеспечив энергетические компоненты, обеспечив необходимые условия надёжной и безопасной работы наших энергетических систем.
Я считаю, что самым главным элементом, ради кого всё это делается – промышленного потребителя или, во всяком случае, вообще потребителя электроэнергии, потому что обособившись как вид бизнеса, электроэнергетика сегодня превратилась в сферу получения и зарабатывания прибыли. Во всех акционерных обществах в первом пункте написано, что цель создания АО - получение прибыли. Так вот, получение прибыли в электроэнергетике, превратившись в самоцель, сегодня оказалось очень тяжёлым бременем для потребителя, ради кого вся электроэнергетическая система существует. И в основе этого непомерного бремени лежит несовершенство ценообразования на энергетические ресурсы, на энергетику и на сферу услуг в этой области.
Почему я хочу с этого начать? Потому что потребитель, в любой сфере деятельности – то ли это металлургическое производство, то ли это переработка продукции сельского хозяйства, коммунально-бытовой сектор и т.д. – независимо от того, в какой сфере используется электроэнергия, в первую очередь рассматривается энергосистемой как плательщик для нужд развития электроэнергетики. И это, в принципе, аксиома.
Второй же пункт, или постулат, который необходимо всегда помнить: потребитель в этой структуре производства, передачи, распределения и потребления электроэнергии должен быть равноправным участником этого процесса. А вот про это равноправие-то как раз наши энергетики и забывают. Если кому-то непонятно, что это такое, со стороны потребителя возникают какие-то вопросы, то они говорят: «Читай первый пункт». А в первом пункте опять мы читаем, что потребитель за всё должен платить. Так вот потребитель не отказывается платить, но он хочет, чтобы эти платежи были экономически объективно оправданы, и чтобы потребитель в этом процессе чувствовал себя равным партнёром с поставщиками энергоресурсов и теми, кто оказывает в этой сфере услуги.
Потребитель сегодня и уже из уст наших первых руководителей говорит о том, что ценообразование настолько несовершенное, что оно стало уже совсем непонятным, за что и почему потребитель должен платить. Если возьмём оптовый рынок, вы посмотрите: вместо простого тарифа за стоимость киловатт-часа, по которому должен платить потребитель, дифференцированому по времени суток, по надёжности, и т.д., сегодня мы получили рынок электроэнергии, рынок мощности, рынок системных услуг. Теперь мы платим еще за долгосрочный рынок мощности. И на особенности последнего я хотел бы остановиться.
Разделив электроэнергию на два вида продукции, мы сами для себя построили – не для себя, а для потребителя – построили очень интересную ловушку. Что такое рынок, долгосрочный рынок мощностей? Мы платим за мощность. Когда мы платим за электроэнергию, мы её употребляем. Это продукция, которую потребитель потребил и за это рассчитался. Но когда мы платим за мощность, то, извините, за что мы платим? Мы платим за возможность производства электроэнергии. Это создаётся новый имущественный комплекс. И если создаётся новый имущественный комплекс за счёт платежей потребителей, то, я извиняюсь, тогда есть право потребителя защищать свои экономические интересы в виде претензии на то имущество, которое создаётся за счёт его денег.
Ведь смотрите, что получается. На примере металлургической компании могу проиллюстрировать. Сегодня заключены договора на оплату так называемых дополнительных договоров о поставках мощности с 19 энергетическими компаниями. До 2032 года. Это значит, мы до 2032 года будем платить так называемым энергетическим компаниям-инвесторам, как они себя называют – только они инвесторы, больше никто, – деньги, которые мы им оплачиваем за мощность. Так мы же не против оплачивать мощность, которая будет потом на нас. Но где тогда имущественные права на эту мощность? Давайте поделимся! А так получается, что мы создаём мощность, возвращаем эти деньги в виде платежей по ДПМ, выступая, так сказать, спонсорами, абсолютно беспроцентными, абсолютно без, как говорится, безголосыми спонсорами на этом рынке. Оплачиваем, как говорится, создание новых мощностей, а потом ещё и оплачиваем эту мощность за её содержание и эксплуатацию.
Ситуация полностью абсурдна. Она зиждется на том, что мы разделили киловатт-час и мощность друг от друга, мы создали такие благоприятные условия для того, чтобы создать возможность развивать нашу энергетику, но забыли посмотреть на вторую сторону медали. Мы схлопнули конкуренцию на рынке электроэнергии, на инвестиционном рынке, на развитии мощностей полностью. Ради чего тогда делали реорганизацию электроэнергетики? Ради чего делали реформу в электроэнергетике? Когда первым постулатом мы говорили: нужно обеспечить конкуренцию в сфере производства, свободный доступ инвестиций в эту сферу на конкурентной основе и на этой же основе право выбора потребителя для получения дешёвых энергоресурсов. То есть на этой базе подразумевалось снижение в целом производства электроэнергии. В экономии издержек. За счёт конкуренции. Нами же предложены сегодня реализованные в виде Постановления Правительства. Кто-то его ввёл в заблуждение. Но я прямо хочу сказать: это ошибочный вариант и тупиковый, которым мы просто схлопнули возможность конкуренции на этом рынке.
Мы полностью освободили наши так называемые ОГК и ТГК от всякого контроля за инвестиционным процессом. За какие деньги они строят, на каких условиях они эти мощности строят, какие, понимаете ли, деньги туда вложены, на каких условиях какие капвложения там сформированы? Потребитель, который это оплачивает, он полностью отстранён от вопроса контроля.
Второе. А можно ли в этих условиях какую-то станцию построить и попасть в электроэнергетический бизнес? Вот наша компания, посчитав все платежи, которые нужно ей платить сегодня на рынке, посчитала, что она может для себя построить 400-мегаваттную станцию, ПГУ,  ТЭЦ, это ей будет очень выгодно. Мы вышли с предложением: «Мы не будем платить ДПМ, снимите с нас необходимость платы за ДПМ. Мы построим свою собственную электростанцию. За свои деньги. Не на условиях ДПМ, чтоб нам доплачивали, а за свои деньги построим электростанцию для себя. Вместе со своим потреблением уйдём из баланса электростанции, оставшись, конечно, на параллельной работе». Нам говорят: «Этого нельзя делать». «Почему?» – «А потому что вы должны платить ДПМ. Хотите строить станцию? Стройте! Но вы ДПМ всё равно заплатите. Платите ДПМ». Но тогда это двойная плата. Значит, мы за свои деньги должны построить, условно говоря, там, нескольким ОГК, ТГК какие-то агрегаты, какие-то электростанции на их электростанциях, подарить им это – и кроме того ещё строить дополнительно свою собственную электростанцию. Ну, это абсурд! Это абсурд! И никто другой – не только промышленные предприятия, которые кровно заинтересованы в получении собственной электроэнергии, согласен платить электроэнергию, но его заставляют, бьют по рукам, её не дают просто построить, – но и другой какой-то иностранный инвестор или наш инвестор, который попытается построить электростанцию, но ему на условиях ДПМ этого не разрешат. Значит, строй и рискуй. Если мы тем, кого уже имярек назвали, будем гарантированно возвращать капиталовложения, а тот, кто рискнёт свой бизнес построить, здесь у него нет никаких гарантий.
Таким образом, сегодняшний рынок, долгосрочный рынок мощностей полностью все риски перенёс на потребителя. А где же тогда пункт равноправия партнёров - потребителя и электроэнергетических компаний? Где же это равноправие, если все риски перенесены на потребителя? Плати и молчи.
Тогда совершенно непонятно становится: а как же мы поддерживаем предпринимательство? А как же мы хотим перестраивать промышленный сектор для того, чтобы на базе внедрения новых инновационных технологий перейти или увеличить объёмы валового внутреннего продукта за счёт этого сектора экономики, за счёт реального сектора экономики? Мы же его давим по всем направлениям! По всем
А попробуйте газ получить в этих условиях для своей собственной электростанции. Что говорит Газпром? Он говорит: «Читайте программу до 2000-го года. Я всем электростанциям там уже газ распределил. А вы хотите сверх того? Или в том числе?». Мы говорим: «В том числе, потому что мы отказываемся от других электростанций, которые нам навязывают это самое…» – «Тогда идите к этим электростанциям, и пусть они вам… согласятся подписать с вами договор о том, что они уступают свои лимиты газа в вашу пользу». Но это тоже ведь на дурака схема работает.
Значит, мы сегодня, ради того, что хотели добиться в электроэнергетике, то есть открытой конкуренции в инвестиции для создания более современных, наиболее интересных мощностей – мы его просто закрыли. Нет там никакой конкуренции. А вся рыночная аббревиатура, весь рыночный антураж, который сегодня используется и Советом рынка, и методологией, и т.д., и т.д. – это всё прикрытие простой системы распределения. Кому, сколько, за что нужно платить.
Тогда, спрашивается, зачем мы тогда делали всю эту реформу? Вплоть до того, что надо тогда вернуть Анатолия Борисовича Чубайса: «Слушай, доведи до конца! Без тебя не можем сделать мы рынок электроэнергии!». Ради чего мы всё это дело делали, рассчитывая на миллиардные поступления со стороны внешних инвесторов, со стороны рынка, значит, для строительства электростанций? А получается, что мы его схлопнули, обязали всех потребителей как бы бесплатно развивать электроэнергию, и когда они говорят: «Так дайте нам акции на это дело, мы же инвесторы ваши!», – нам говорят: «Помалкивай! Без тебя обошлись. Тебя не спросили, когда подписывали Постановление Правительства? Не спросили. Ну, вот и не возникай! Значит, так и надо».
Так вот я думаю, что лоббисты, которые протолкнули всю эту идеологию, они ввели Правительство в заблуждение. Это тупиковый вариант. Он не работает на благо развития электроэнергетики, а загнал её в тупик. И из этого тупика, если мы все подписали договора до 30 лет – надо идти в Конституционный Суд, это нарушение и конституционных прав о равноправии всех участников рынка, это нарушение закона о инвестиционной политике Российской Федерации в виде капитальных вложений, это нарушение закона «Об акционерных обществах», это совершенно никчемный, не открывающий перспективу для нашего развития вариант, который, к сожалению, узаконен на самом вернем уровне. Я считаю, от этого нужно отказываться.
В основе этой ошибки лежит наше застаревшее ценообразование, которое… Я ещё был причастен к этому, к этой проблеме, когда разделили электроэнергию на два продукта: на электроэнергию и киловатт-час. Но то были страшные для экономики нашей времена. Когда энергопотребление промышленного производства упало на 60%, электростанции были не загружены, и их надо было как-то спасать. И поэтому мы говорили: «Давайте разделим. Будем платить за мощность, чтобы обеспечить сохранность этого оборудования. Содержание, ремонт, зарплату, там, и т.д. И за киловатт-часы будем принимать только, оплачивать те, кто действительно работает в этом». Так всем понравилось, что теперь этот рынок мощности стал превалирующим и удушающим фактором нашей экономики. Надо отказаться. То были времена одни, сейчас другие. Надо переходить на новый метод ценообразования.
Почему у нас до сих пор на рынке не работает рынок фьючерсов? Почему нет рынка форвардных контрактов? Мы не можем, мы всё время, как говорится, идём на каких-то условиях, на которые, ну, будем говорить так: посмотрели, что делается на Западе, и сделали всё наоборот. Сохранив всю терминологию, превратив её, как говорится, в обиходный оборот в своих описаниях происходящего. А по сути, от простого распределительного механизма мы не ушли. И в этом плане ценообразование является самым важным критериальным фактором, который нужно исправлять.
Спасибо за внимание!
А.В. Конев. Спасибо, Георгий Петрович. Это было очень такое, длинное и содержательное выступление. Я думал, что вы таким образом подводите нас всё-таки к интеллектуальным сетям. Скажете что-нибудь ещё, нет?.. Вот как бы вот это всё хорошо, да, вот то, что вы сказали, правильно… Но вот ваше отношение, ваше видение вот по стратегии развития, может быть? Направлениям интеллектуальных сетей?
Г.П. Кутовой. Что касается потребителя в сетях умных, то, опять-таки, я говорю: если мы будем рассматривать только сеть и не рассматривать потребителя как интегрированного, равноправного участника процессов регулирования, значит, режимов работы энергосистем, то мы придём к аналогичной ситуации. Мы потребителя оставляем в стороне, будем строить умные сети и т.д., и т.д., увеличивая производственные затраты, и брать деньги с потребителя. Надо потребителя сделать самым активным и самым равноправным участником этого процесса.
Вот и всё. Спасибо!
А.В. Конев. Коллеги, вопросы, может быть, есть какие-то?
Муж2. Георгий Петрович, можно вопрос вам задать? Правильно ли мы понимаем ваше такое эмоциональное выступление, как, в двух словах, то, что прежде чем обсуждать какие-либо аспекты развития сетей, надо решить фундаментальные, базовые условия ведения бизнеса в этом секторе? Которые позволят всем сёстрам по серьгам раздать.
Г.П. Кутовой. Вы знаете, все вопросы в электроэнергетике, связанные и с потреблением, производством, передачей – это единый комплекс вопросов. Поэтому надо решать всё комплексно. Если мы решаем одну задачу, то надо посмотреть, как она аукнется в другой части. И если мы не увязываем эти, не видим этих связей, то мы всегда будем попадать в тупики. Поэтому я считаю, что если мы сегодня берёмся за разработку умных, адаптированных сетей, то всё делается не ради сетей и не ради электростанций – а ради потребителя. Он делает у нас экономику, а не наши сети и не наши электростанции. Потребитель – там рождается всё, дополнительные продукты, которые реализуются на рынках во всех сферах. И он должен быть конкурентоспособным. Если мы его задавим – значит, мы ничего не получим.
Спасибо!
А.В. Конев. Спасибо, Георгий Петрович! Вопросы есть? Не вижу, вопросов нет. Значит, тогда мы движемся дальше по программе.
Значит, я заранее извинюсь, может быть, потому что не все докладчики заявили о себе, о своём присутствии и готовности выступать. Поэтому я пойду по программе. Генеральный директор «ДженЭлек Энерджи Сервис», господин Брайан Котран. Есть тут? Нет. Хорошо.
Веселов Фёдор Вадимович, Академия наук, Институт энергетических исследований.
Ф.В. Веселов. Спасибо! Здравствуйте, коллеги!
В общем-то, слова «Smart Grid» появились не вчера. Уже лет 10 эта очень широко тема обсуждается. И она уже перешла из вопросов обсуждения экспертов о неких фантазийных картинах будущей электроэнергетики в совершенно прикладную плоскость и стала уже частью новой энергетической политики большинства государств ведущих. Это подтверждается теми объёмами финансирования, причём бюджетного финансирования, государственного финансирования тематики Smart Grid в основных странах. Вы можете видеть, что это суммы в миллиарды долларов. Инвестиции лидеров за прошлый год, Китая и США, сопоставимы с объёмами ежегодной инвестиционной программы ФСК. И что не маловажно, все страны, за исключением Китая, что понятно – реализуют модель государственного частного партнёрства. Когда этот большой объём государственных инвестиций сопровождается не меньшим, а отчасти большим объёмом инвестиций со стороны энергетического бизнеса. То есть энергетические компании активно включились в этот процесс.
Конечно, когда возникают такие большие деньги, становится актуальным вопрос: а на что же они тратятся и чего ждать от этого? Какие эффекты? Пусть они будут не сейчас, но хотя бы на что надеяться? И здесь, конечно, поле достаточно неопределённое, достаточно зыбкое. И разные страны, разные программы, разные стратегии развития Smart Grid оперируют разным понятием того, что компания, потребитель, страна в целом ждёт от реализации этой стратегии. Линейка этих критериев оценки эффектов очень длинная, очень неопределённая. Здесь есть и технические эффекты, экономические эффекты, социальные эффекты, политические. Как оценивать ту пользу, которую нам может принести Smart Grid – этот вопрос остаётся открытым.
Наиболее продвинутой можно считать работу наших американских коллег, которые при мощной координации Министерства энергетики США ведут работу параллельно и по развитию технологий новой и умной интеллектуальной энергетики, по развитию стандартов, по реализации пилотных проектов и по развитию системы оценки этих проектов. Где они выделяют набор основных технологических функций, которые появятся в результате создания Smart Grid, основных эффектов, как это проявится в части надёжности, в части экономики, в части социальных последствий и даже в части повышения энергобезопасности страны. Smart Grid – это решение не для одной компании, даже не для одной электроэнергетики. Это, вообще говоря, решение для нового облика всей экономики страны.
Но всё, что сейчас делается в рамках реализации проектов Smart Grid и оценки эффектов от этих проектов идёт снизу вверх. И актуальный центр разработки этой инженерной и экономической деятельности в этой сфере, лежит на уровне конечного потребителя, распределённой генерации, в том числе, возобновляемой и непосредственно связанных с ним сетей. Если посмотреть на диаграммах, подавляющая часть пилотных проектов, которые сейчас реализуются по обе стороны Атлантического океана, лежит именно в этой области: возобновляемая энергетика, управление спросом, микросети, распределённая генерация и т.д.
Это то, что есть сейчас. Но все, конечно, думают о будущем, думают, как минимум, лет на 20 вперёд. И через 20 лет уже вырисовывается контур новой интеллектуальной не сети – а энергосистемы, объёдиняющей в себе все основные подсистемы электроэнергетики от потребителей, распределительной сети, передачи электроэнергии, генерации и, безусловно, новый комплекс систем управления интеллектуальной электроэнергетикой. Потому что, что не только через изменения технологических устройств, но и через изменение идеологии управления электроэнергетикой реализуется эффект интеллектуальности.
И здесь возникает очень интересный вопрос. До сегодняшнего времени мы в России, говоря о Smart Grid, заглядываем пока туда, за границу больше. Но когда мы говорим о будущем, о создании интеллектуальной энергосистемы, то, есть все шансы для того, чтобы то, что ожидается послезавтра там, появилось завтра здесь. И для этого есть объективные основания, потому что тот опыт создания, формирования, управления крупными энергообъединениями, который есть уже сейчас, он действительно является бесценным и действительно является передовым до сих пор. И многие страны, решая сейчас задачи повышения эффективности своих энергосистем, интеграции рынков и т.д., только приближаются к тому уровню сложности управления, который уже существует в рамках ЕЭС России.
Надо сказать, что в России сейчас в направлении Smart Grid не стоит на месте мысль, идёт такое формирование критической массы, которая в ближайшее время должна уже выстрелить каким-то содержательным концептуальным пониманием того, какие приоритеты развития интеллектуальной электроэнергетики должны быть обоснованы для России. И здесь на слайде просто набросан лишь небольшой состав ключевых работ, исследований, которые сейчас ведутся, и ключевых участников и государственных органов, и сетевых компаний. Я не упомянул здесь большое количество научных институтов, вовлечённых в эту работу, и фонд Инвел(?) тоже активнейший участник, принимает в формировании технологической платформы интеллектуальной электроэнергетики.
И как только мы перейдём к выбору и обоснованию приоритетов развития интеллектуальной электроэнергетики в России – неизбежно встанет вопрос с обоснованием, насколько это эффективно для самой электроэнергетики, для экономики страны в целом. Потому что, это действительно то направление модернизации в электроэнергетики, которое должно быть составной частью, естественной частью всего процесса модернизации страны.
Более сложной становится оценка эффектов от интеллектуализации электроэнергетики, когда мы говорим не об отдельном проекте, а об энергосистеме в целом. Потому что, как только у нас появляется какой-то, даже один, маленький элемент интеллектуальной системы, допустим, в сети, допустим, в распределительной – он, будучи реализован, изменяет какие-то свойства, придаёт какие-то новые качества этой сети. И это влечёт за собой какие-то технологические эффекты, которые уже можно измерить количественно. Это ведёт к изменению экономических характеристик этой сети либо другого сегмента электроэнергетической системы.
Но самое важное, что это одновременно так вот эхом отдаётся, как Георгий Петрович правильно упоминал, отдаётся и на другие сегменты энергосистемы, и там тоже происходят какие-то технологические изменения, которые за собой влекут изменения экономических характеристик. Этот анализ достаточно сложный, системный анализ, на наш взгляд, является очень важным и не просто научным или инженерным упражнением. Итоговые экономические характеристики являются в итоге главным обоснованием в том, прежде всего для государства, необходимости, важности и эффективности стратегических решений в области интеллектуальной энергетики и, соответственно, определения оптимизации объёмов государственной поддержки этого процесса.
И здесь только для примера те эффекты, которые вот лежат на поверхности, если мы рассматриваем, допустим, ЕНЭС. Какие новые качества появляются в ЕНЭС, если мы там реализуем новые устройства интеллектуальной электроэнергетики, переходим к новым системам управления передачи электроэнергии и т.д.? Какого рода технологические эффекты мы ожидаем в самой сети? Это, конечно, снижение потерь, это повышение надёжности работы сети, это снижение отказов оборудования, снижение числа разного рода отключений и нарушений энергоснабжения. Все эти эффекты имеют, на самом деле могут быть оценены в деньгах. Это и ущербы потребителей, это и снижение эксплуатационных затрат, это снижение капиталовложений. Причём из-за сокращения, как объёмов строительства, так и, что немаловажно, стоимости земли под сетевые объекты, потому что интеллектуальная электроэнергетика даёт нам, позволяет нам многие вещи делать в более компактном исполнении.
И что немаловажно, то, новое, что появляется в сети, влияет на саму энергосистему, на потребителей через повышение надёжности энергоснабжения, снижение их ущербов и на генерацию через оптимизацию режимов электростанций, снижение потребности в новых резервирующих мощностях. И это тоже на самом деле не маленькие по своей величине эффекты.
Такого рода оценка, на наш взгляд, должна быть продолжена и сформирована по всем остальным сегментам энергосистемы. В этом случае мы можем действительно ответственно в России, говоря о формировании стратегии Smart Grid, провести оптимизацию приоритетов того, что для нас более эффективно, что для нас более важно, в каких объёмах, на каких технологиях, на каких средствах мы это будем реализовывать. Начиная с отдельных элементов интеллектуальной энергетики, оптимизируя в разных измерениях – технологическом, экономическом, экологическом, социальном и т.д., – предложить возможные варианты интеллектуальной большой сети, интеллектуальной распределительной сети, интеллектуальных систем управления спросом, различающиеся разным уровнем насыщенности, новыми элементами, составом этих элементов. И в итоге выйти на видение будущей интеллектуальной энергосистемы страны либо отдельных регионов.
Спасибо за внимание!
А.В. Конев. Благодарю! Вопросы есть, коллеги?
В.Р. Окороков. Окороков, политехнический университет, Санкт-Петербург. В своё время Винер на заре развития вычислительной техники сказал знаменитую фразу, что нельзя ставить компьютер на телегу. Не кажется ли вам, что нужно ставить вопрос прежде всего о замене телеги? То есть о технологической модернизации всей системы электроснабжения? Конечно, с упором на использование умных, но только не сетей – а умных систем управления. Ваша точка зрения?
Ф.В. Веселов. Спасибо! На самом деле очень правильное уточнение. Потому что, в электроэнергетике России нужно решать обе эти задачи. С одной стороны, стоит задача глубокой модернизации производственных мощностей – и в генерации, в сетях, везде. Конечно, есть большое количество новых технологий, на которых это можно сделать. Если мы это реализуем, заменим одно железо на новое, будет ли интеллектуальная сеть? Конечно, не будет. Это будет эффективная сеть, управляемая старыми технологиями. Поэтому конечно мы, говоря об интеллектуальности, прежде всего, говорим не о модернизации технологической, но главная вот надстройка – это та новая система интеллектуального управления, которая должна появиться.
А.В. Конев. Спасибо. Ещё вопросы? Вот у меня вопрос. Скажите, пожалуйста. Вы сказали, что ведётся разработка стратегии внедрения, использования интеллектуальных технологий, Smart Grid?. Хорошо. Скажите, кем и когда, что делается? Именно с точки зрения формирования этой стратегии.
Ф.В. Веселов. В России?
А.В. Конев. Да.
Ф.В. Веселов. Скажем, так, целенаправленная работа, как единая работа, пока не идёт. Пока у нас идёт формирование поля работ – одни из них более научные, другие более официальные. Это я назвал критической массой. Это тот бульон интеллектуальный, из которого в ближайшее вот время что-то должно появиться. Но, конечно, здесь нужен центр кристаллизации, какой-то мощный импульс со стороны государства – пока может быть, не финансовый, а организационный, – с тем, чтобы перейти к новому качеству, к формированию стратегии развития Smart Grid, которая, уже, по крайней мере, обсуждается на уровне государственных органов в большинстве стран наших друзей и партнёров.
А.В. Конев. А есть гипотеза, что могло бы выступить в качестве такого толчка, стимула?
Ф.В. Веселов. Позвольте мне пока оставить этот вопрос без ответа.
А.В. Конев. Хорошо. Спасибо. У меня ещё вопрос. Вы говорили по поводу оценки эффектов от внедрения технологии, интеллектуальных технологий. Я правильно понимаю, что вы какие-то работы по оценке эффектов уже ведёте?
Ф.В. Веселов. Да. Есть ряд работ, которые, представляют научный интерес, есть ряд работ, которые реализуются совместно с ФСК ЕЭС, идёт работа над концепцией интеллектуальной электроэнергетики. Есть ряд работ, которые появятся в рамках технологической платформы. Если мы хотим Smart Grid, то необходимо знать, сколько это будет нам стоить и для чего вообще нам это нужно.
А.В. Конев. Я понял. Спасибо! Ещё вопросы, коллеги!
П. Голубев. Павел Голубев, Объединение энергостроителей. У меня вопрос с точки зрения технико-экономического обоснования. Каков минимальный набор модели интеллектуальной сети, чтобы она была экономически окупаемая? И вписывается ли сюда вот то самое направление развития виртуальных электростанций как совокупность элементов сети? Да, и может ли она быть эффективной системой поддержки принятия решений, и каким образом, скажем, для системного оператора?
Ф.В. Веселов. Спасибо за вопросы! Видя состав участников и будущих выступающих, я подозреваю, что все или большинство ответов на эти вопросы они в своих выступлениях дадут. И в части виртуальных электростанций, и в части технико-экономических сравнений.
А.В. Конев. Спасибо большое, Фёдор Вадимович! Следующим докладчиком я приглашаю Волкову Ирину Олеговну, Высшая школа экономики.
И.О. Волкова. Добрый день, уважаемые коллеги! Разрешите мне продолжить рассуждения на тему что такое Smart Grid, интеллектуальная энергосистема в России, каким образом мы её сможем у себя внедрять.
В первую очередь, я бы хотела поддержать Георгия Петровича в том, что российская энергетика изначально, в идеологии, которая в настоящее время строится интеллектуальная энергосистема на базе концепции Smart Grid за рубежом, так и строилась. Меняются отдельные принципы и приоритеты её построения, технологическая и, в первую очередь, управленческая база.
Мы в своё время провели большие исследования зарубежного опыта, причём различных форматов, касающихся и опыта зарубежных компаний, и научно-исследовательских институтов, и различных проектов. И первой нашей задачей было выяснить вообще, что такое Smart Grid. И мы пришли к выводу, что Smart Grid в целом рассматривается как серьёзная концепция преобразования энергетики в целом, о чём сегодня уже коллеги говорили. И зарубежные страны рассматривают преобразование в целом энергосистемы, всех её составных элементов на новой инновационной базе.
Собственно, Фёдор (Веселов) уже представлял достаточно серьёзные капитальные вложения, которые в настоящее время идут на развитие интеллектуальных энергосистем. Соответственно, до 2015 года планируется серьёзный рост этих вложений. И достаточно серьёзная часть вложений идёт не только в разработку новых технологий, но и в фундаментальные исследования.
Хотела бы выделить несколько ключевых позиций, в которых сформирована основная идеология этой концепции. Первое, о чём мы уже говорили, это системное преобразование всей энергосистемы. То есть, невозможно рассматривать сети – как магистральные, так и распределительные – отдельно от потребителя, в первую очередь, от генерации и от систем диспетчеризации и сбыта.
Второй характеристикой или вторым постулатом является такая энергоинформационная система, подобная Интернет-системе, Интернет-инфраструктуре, что достаточно серьёзно просматривается во всех разработках зарубежных компаний и стран.
Третий момент, построение концепции развития энергетики на базе удовлетворения всех заинтересованных сторон. Нужно сказать, что при разработке концепции в западных странах это был один из самых сложных и ключевых моментов, каким образом согласовать интересы всех участников энергетического сектора, включая и потребителей, и производителей оборудования и технологий, и смежные отрасли с тем, чтобы достичь максимального эффекта. Западные страны потратили на разработку таких согласованных позиций от 3 до 6 лет. Только согласовывая интересы вот различных групп исследователей.
Следующий постулат под цифрой 4  будет на вопрос Василия Романовича (Окорокова) каким-то образом отвечать. Что развитие этой новой концепции, оно параллельно предполагает развитие и модернизацию существующего базиса, создание новых свойств системы с использованием новых технологий и разработок. Электрическая сеть при этом рассматривается как инфраструктурный базис этой концепции. Основные управленческие системы будут внедряться именно в сети. Но опять же, без привязки к объекту управления любые информационные системы, любые управленческие системы в этом случае работать будут достаточно плохо.
И последний момент, который я хотела отразить, что развитие этой концепции за рубежом рассматривается не только как развитие энергетики, но и как локомотив развития экономики в целом, поскольку серьёзные заказы на исследования, на разработку нового оборудования, систем связи, программного обеспечения дают серьёзный толчок к развитию многих отраслей промышленности. В России это тоже может быть одним из серьёзных драйверов при реализации этой концепции.
Несколько теоретических постулатов. Большая часть из этих ключевых ценностей достаточно известны, на их базисе строилась энергосистема Советского Союза, потом России. Но и американцы, и европейцы в первую очередь сформулировали основные ценности, которые будут необходимы для всех стейкхолдеров, заинтересованных в развитии энергетики. И основные подходы к обеспечению этих ключевых ценностей сформулировали, можно выделить 3 основные позиции.
Первая, о чём достаточно подробно рассказывал Георгий Петрович, это ориентация на потребителя. И все западные концепции развитии энергетики во главу угла ставят потребителя, его интересы, его потребности. И концептуально развитие энергетики, по их мнению, должно идти не от возможностей энергосистемы как таковой, а от интересов потребителей, что в конечном итоге он хочет. И таким образом энергосистема должна развиваться в удовлетворении интересов потребителей. Это новый подход к развитию энергосистемы в целом.
Второй важный момент, о котором тоже уже сегодня говорили, но я хотела бы отдельно остановиться, что основные и принципиальные изменения должны произойти именно в управлении. Основные эффекты, которые будут или ожидаются от реализации этой концепции, будут реализованы именно за счёт выхода систем управления на совершенно новый уровень за счёт применения различных интеллектуальных систем.
И третий постулат, я уже о нём частично говорила, – это формирование энергоинформационной системы, выделяет информатизацию как вторую системообразующую характеристику энергосистемы. Это наложение на энергетическую инфраструктуру информационной инфраструктуры.
Для реализации тех ключевых требований, которые сформулированы в большинстве западных концепций, выделены или разработаны, основные характеристики, или основные функциональные свойства энергосистемы на базе концепции Smart Grid, которые, по идее, и должны будут реализовывать требования потребителей. И здесь, в первую очередь, мне хотелось бы отметить, кроме уже известных характеристик или функциональных свойств, которые реализованы в российской энергосистеме, в первую очередь, хотелось бы отметить оптимизацию управления активами. Поскольку концепция предполагает онлайн-мониторинг всех систем и принятие целого спектра решений в режиме онлайн, в том числе, и по управлению активами, что требует разработки серьёзных аналитических приложений в этой сфере.
Второй момент, который предполагает не только полноценное участие потребителя в работе энергосистемы, но и возможность потребителя и генерировать, в том числе, энергию и участвовать в работе энергосистемы в различных качествах. Не только как потребителю, но теоретически, как и возможному производителю. В первую очередь, это связано с тем, что на Западе сама проблематика постановки этого вопроса пошла от необходимости увеличения количества типов используемых источников электроэнергии, в первую очередь, возобновляемых источников энергии и их подключения в сеть. И в том числе и на потребительском уровне.
И третий момент, на который мне тоже хотелось отдельно обратить внимание, это расширение рынков электроэнергии и мощности до конечного потребителя.
Следует сказать, что за рубежом далеко не все эти вопросы решены. Какие-то отдельные аспекты разработаны уже до уровня технологий, которые могут внедряться. Какие-то аспекты находятся лишь в стадии фундаментальных исследований, и в первую очередь, это связано с вопросами создания новых систем управления.
При реализации концепции в большинстве стран были выделены такие, скажем, первоочередные шаги или постепенные этапы реализации этой концепции. В первую очередь, вот американцы сконцентрировались на стимулировании потребителей и создании систем интеллектуального учёта. Это первый шаг. В дальнейшем эволюция развития интеллектуальных технологий в целом по энергосистеме переходит в сектор распределения электроэнергии, передачи электроэнергии и управления активами, соответственно, получая определённые эффекты.
Здесь мы попытались привести основные области исследований, которые проводятся за рубежом. И нужно сказать, что и европейские государства, и Соединённые Штаты Америки, и Канада вкладывают серьёзные средства в исследования. Только в 2009 году около 7 млрд. долларов американское правительство выделило на исследование в области развития систем Smart Grid в кооперации с частным бизнесом.
Вот такие цифры приводит Министерство энергетики США, ожидая определённые эффекты при реализации концепции в долгосрочном периоде на период до 2030 года. Естественно, у них достаточно серьёзные эффекты возникают оттого, что большой удельный вес возобновляемых источников энергии, что в России пока не планируется. Но, тем не менее, повышение уровня использования и активов, и всех видов сетевого хозяйства тоже даёт такие значительные эффекты за счёт как раз изменения систем управления.
Фёдор (Веселов) уже достаточно подробно рассказывал про оценку эффектов. Я только в двух словах попытаюсь на этом остановиться. Вопросы точной оценки эффектов от реализации этой концепции, они пока до конца не реализованы. Существуют определённые наработки, в первую очередь, ЭПРИ, в этой сфере. И они связаны с использованием так называемого GAP-анализа, когда изначально рисуется видение энергосистемы на базе новых технологий и систем управления, анализируется текущая ситуация, и дальше идёт попытка проанализировать существующие получаемые эффекты. Проблема состоит в том, что, рисуя видение, через 10, 15, 20 лет, ещё не известны параметры изменения определённых ключевых показателей, и большая часть оценок, которая существует сейчас на Западе, она всё-таки связана с экспертными оценками, в том числе, и основных ключевых параметров.
Сейчас западные страны уходят от оценок по отдельным категориям потребителей или отдельным категориям стейкхолдеров. Идут оценки в целом системные, и в основном идёт попытка оценить эффекты с точки зрения появления новых функций, что даёт каждое новое функциональное свойство интеллектуальной энергосистемы, ну, и, соответственно, через ту систему выгод, которые будет возможно реализованы. Но это вот оценка ЭПРИ здесь приведена.
На этом слайде приведена оценка уже конкретного проекта. Это не энергосистема в Соединённых Штатах Америки в целом – это один из проектов реализации определённого набора технологии Smart Grid во Флориде. Но, тем, не менее, вы видите, подход примерно такой же, и достаточно серьёзные эффекты ожидаются от внедрения этой системы.
Экспертная оценка американцев показывает, что соотношение доходов и затрат примерно составит 4 к 1, по более смелым оценкам это уже 5 к 1. В России пока мы не дошли до каких-то категоричных оценок в этой сфере, потому что в настоящее время непонятно, какой объём изменений реально в энергосистеме будет. Здесь аналогичный пример я привожу на примере Великобритании. Российскую специфику, я так понимаю, что все в целом представляют.
Я бы хотела остановиться на двух серьёзных факторах, которые в целом очень негативное влияние оказывают на развитие этой концепции. Первый – он связан с отсутствием координации и управления развития отрасли. После того как РАО ЕЭС России ушло со сцены, нет реального органа, который  координировал бы развитие всех секторов энергетики. И мы видим совершенно разнонаправленные в некоторых случаях движения отдельных компаний, причём интересных и правильных, но координации между ними сейчас, к сожалению, нет. И второй момент – отсутствие реальной инновационной инфраструктуры на настоящий момент. Сейчас ситуация изменяется, государство за инновационное развитие компаний взялось самым серьёзным образом. Сейчас все госкомпании подготовили, и на стадии утверждения находятся их программы инновационного развития. В том числе, и большая часть энергетических компаний.
В Российской Федерации в настоящий момент хотелось бы отметить два основных ключевых, скажем так, элемента развития. Это, в первую очередь, Федеральная сетевая компания, которая первая выступила с идеей развития интеллектуальной энергоэлектрической сети, и сейчас достаточно серьёзная работа ведётся по разработке концепции интеллектуальной ЕНС в этом направлении. И «МРСК холдинг» тоже реализует целую сеть проектов, связанных, в первую очередь, с системами умного учёта и элементами умного города.  Ряд проектов были реализованы в Белгороде и сейчас транслируются на другие города России. Но следует отметить, что самым активным участником этого рынка в настоящее время являются зарубежные компании, которые проводят активную и просветительскую работу, и продвижение своих интересов и технологий на рынке.
Мы в своё время рассматривали возможные сценарии развития этой концепции в России и 3 возможных варианта выбрали. Первый – когда мы просто отслеживаем, что идёт за рубежом, и у себя отдельные элементы внедряем. Сценарий самый простой, денег не требует. Только закупаем технологии. Но при этом мы отстаём практически навсегда от всего мира. Второй вариант – мы развиваем существующие у себя компетенции и необходимые, те, которые не развиваем, закупаем за рубежом. И третий сценарий – такого полноценного развития инновационного всей энергетики, которая, по идее, может стать локомотивом развития экономики страны в целом. Но я бы сказала, что сейчас, наверное, мы идём больше по пути второго сценария, потому что отдельные всё-таки у нас хорошие, интересные разработки есть, и сейчас компании, в том числе, и в рамках своих программ инновационного развития серьёзной задачей поставили именно в рамках развития этих технологий.
С точки зрения первоочерёдности, наверное, на первых этапах следовало бы обратить внимание на системы управления спросом и учёта и управления активами, о чём я уже говорила. И дальше мне хотелось бы остановиться на подходе к тому, как это вообще всё организовано. И изучение опыта западных стран говорит о том, что все эти программы являются национальными программами, и государство в этих программах является самым активным участником и, как правило, организатором этого процесса. Основные активы и принятие решений концентрирует именно в своих руках. Собственно, и американцы, в Америке это сконцентрировано в руках Министерства энергетики США, которое является как бы лидером и связующим звеном в развитии всех энергетических компаний. Ну, собственно, Европейский Союз объединился в платформу Smart Grid, который, наверное, большинство из вас знает. И, собственно, практически во всех государствах именно государственный уровень управления здесь присутствует.
Если мы посмотрим американскую систему организации работ в рамках этой концепции, вы увидите, что сюда вовлечены все государственные федеральные структуры, и при этом достаточно серьёзный спектр различных консорциумов, научно-исследовательских институтов, производителей энергетического, электротехнического оборудования и т.д.
И следует ещё отметить, что американцы, прежде чем перейти к целой серии разработок и реализации НИОКР, в первую очередь задались разработкой новой системы стандартов, которая бы унифицировала все возможные разработки в этой сфере.
Наша идея состояла в своё время в том, что в России, одним из основных инструментов реализации и разработки этой концепции должна стать своего рода технологическая платформа. Она создана и, насколько мне известно, вошла в перечень 23-х приоритетных платформ, которые государство будет поддерживать и, соответственно, в этих рамках софинансировать и образовательные учреждения, и научные исследования. Собственно, это основные участники этой платформы. И нам кажется, что основной спектр вопросов связан с разработкой основных системных положений развития электроэнергетики в целом и объединения всех тех инновационных прорывов и разработок, которые ведутся в энергетических компаниях. В первую очередь, это сетевые компании, Федеральная сетевая компания и «МРСК Холдинг».
И отдельно хотелось бы сказать, что необходимо, чтобы системный оператор в этом процессе принял более активное участие и более чёткую позицию занял в этом вопросе. Потому что, без него будет достаточно сложно.
Спасибо!
Ю.А. Дементьев. Добрый день, уважаемые участники форума. Я представляю доклад Федеральной сетевой компании о состоянии разработки и продвижения основных положений интеллектуальной электроэнергетической системы с активно-адаптивной сетью в Российской Федерации.
Федеральная Сетевая компания является монополистом в сфере транспорта электроэнергии по электрическим сетям 220 кВ и выше, присутствует во всех регионах, в настоящее время ФСК демонстрирует показатели, которые представлены в таблице справа внизу. Компания реализует инвестиционную программ «Новое строительство и комплексное техническое перевооружение», выполняет программу реновации, выборочной реконструкции, и ежегодно выполняет большой объем работ по ремонтной программе. В результате всех этих действий ФСК сегодня демонстрирует тот уровень надежности и безотказности в работе, который является сопоставимым с лучшими мировыми достижениями компаний, которые подобны по сфере применения, но, все-таки, ФСК им уступает как по надежности, по безотказности, по загруженности линий электропередачи, по технологическим нарушениям. С учетом того, что имеет место прогрессирующее, правда, в последнее время все меньше и меньше, старение электротехнического оборудования, ФСК приняла решение пойти по пути инновационного развития, не производя замену изношенного оборудования новым, примерно таким же по своим функциональным характеристикам, а делая аспект на новые технические решения. Новые технические решения, в концепции интеллектуальной электрической сети объединяются главным тезисом, а именно  - создание новой всережимной системы автоматического управления ЕНС, но во главу угла ставится обновление основных фондов, электротехнического оборудования, инфраструктурных инженерных сетей, подстанционного оборудования, линий электропередач от фундаментов до изоляторов и проводов. Основной целью инновационного развития ФСК является обеспечение надежности, энергобезопасности, устойчивого повышения эффективности использования энергетического потенциала Российской Федерации. Ключевыми задачами являются: новый уровень модернизации, оптимизация инфраструктуры ЕНС, диверсификация услуг, повышение качества услуг, переход к интеллектуальной электроэнергетической системе на основе электроадаптивной сети. Как и многими другими энергетическими компаниями, нами подготовлена программа инновационного развития, которая находится в настоящее время на утверждении.
Сегодня много говорилось о тех исследованиях, которые проведены за границей. Мы тоже обратили внимание на некоторые различия, которые имеются в трактовках интеллектуальных сетей, но хотелось бы обратить внимание на главное различие о том, что «Смарт грид», это реализация коммуникативных обменов участников производства, распределения, накопления, потребления электроэнергии, которое происходит на уровне взаимодействия энергосистемы с потребителем электроэнергии. Что касается интеллектуальной сети объединенной или единой электроэнергетической системы, то здесь главным является комплексная модернизация и инновационное развитие всех субъектов электроэнергетики на основе передовых технологий, сбалансированных по возможности типовых проектных решений на всей территории Российской Федерации. Здесь есть справочный слайд, который показывает затраты, которые производятся энергокомпаниями в различных странах. Мы провели такой анализ. И на какие именно технологии эти энергокомпании нацелены в первую очередь. Интеллектуальная сеть – это, прежде всего, качественно новое состояние сетей, которое позволяет интегрировать все виды генерации, в том числе малые генерации, любые типы потребителей - крупных, мелких, - изменять в режиме реального времени параметры и топологию сети по текущим режимным условиям, исключая возникновение и развитие аварий. Обеспечить расширение рыночных возможностей путем оказания широкого спектра услуг на рынке, минимизировать потери, расширить системы самодиагностики и самовосстановления при соблюдении условия надежности и качества электроэнергии. Интегрировать электросетевую инфраструктуру и информационную инфраструктуру для создания всережимной системы управления. Нашим научно-техническим центром электроэнергетики ведется разработка концепции основ создания умной сети, разработка новых типов силового оборудования и линий электропередачи, работа над системами управления , системами мониторинга, защиты электрических сетей от внешних воздействий, новые типы средств управления автоматики, защиты систем, измерений для умной сети. К работам привлекаем организации Российской академии наук, в частности, Сибирское отделение, институт высоких температур, ряд крупнейших политехнических энергетических ВУЗов, а также наши отраслевые научно-исследовательские организации, которые эту работу выполняют.
На слайде показаны объемы затрат на финансирование НИОКР, которые приняты в компании. Хотел бы показать несколько новых технологических установок, которые были в последнее время разработаны и введены в эксплуатацию. На Выборгском преобразовательном комплексе введен в опытно-промышленную эксплуатацию 50 МВт «старком», на подстанции в 500 кВ в Бескудниково, город Москва, также введен в этом году в опытную эксплуатацию синхронный асинхронизированный компенсатор, мощностью 100 МВт. Слева вверху вы видите новое средство молниезащиты линий электропередач, длинный искровой разрядник, который был разработан специально для применения на линиях электропередачи в условиях интенсивного гололедообразования, когда применение грозозащитного троса связано с большими сложностями. Такая система разработана, проведены испытания и первые 30 км линии электропередачи 220 кВ Цимлянская ГЭС – Шахты уже введена в опытно-промышленную эксплуатацию, 3 дня работает успешно. Ведутся разработки новых конструктивных решений по обеспечению взрывозащищенности и взрывобезопасности маслонаполненного оборудования. Нередко внутренние повреждения мощных трансформаторов приводят к сильнейшим пожарам, которые угрожают вывести из строя значительную часть, а то и всю электроустановку. Такие решения в настоящее время разрабатываются в Институте высоких температур РАН. Ведется разработка новых видов проводов, прежде всего, которые выдерживают более высокие температуры и проявляют водо- и гололедоотталкивающие средства. Принципиально новой установкой является быстродействующее токоограничивающее устройство, мы ведем разработку нескольких видов и принципов действия таких установок, но вот одна из них в виде низковольтной модели показана на этом слайде. Принцип действия таков: в сеть включается зашунтированная быстродействующим взрывным размыкателем индуктивность, которая постоянно не включена и не создает потери, при коротком замыкании быстродействующая система вводит ее, и она включается в ограничение токов короткого замыкания, что позволит решить нам много вопросов, особенно при развитии энергосистем крупных городов.
Помимо этих установок можно отметить, что на базе нашего научно-технического центра создан полигон - цифровая подстанция. Один из ключевых элементов построения интеллектуальной сети – именно цифровая подстанция, там, где информация о токе напряжения и прочих характеристиках передаваемой электроэнергии передается без применения контрольных медных кабелей непосредственно на системы измерения, системы защиты, управления и т.д., что значительно делает более надежным функционированием всего комплекса подстанций. Также мы занимаемся разработкой и проектированием пилотных проектов, энергокластеров, как мы их назвали, интеллектуальной сети ВОЭС Востока и Северо-запада. Здесь проиллюстрирована эта пилотная цифровая подстанция, справа внизу оптический трансформатор тока, который работает на принципе изменения светового луча в магнитном поле. Вот это иллюстрация энергокластеров, в частности, по Северо-Западу. Основными решениями будут два момента, это замыкание большого энергетического кольца вокруг Санкт-Петербурга путем строительства линии электропередач постоянного тока, и создание малого энергетического кольца в центре города с применением кабельных систем на базе сверхпроводимости с применением элементов постоянного тока.
Создание интеллектуальной электроэнергетической системы имеет и социально-экономический эффект. Прежде всего, он создает положительный эффект для промышленности. Речь идет о развитии новых инновационных технологий не только в электротехнических предприятиях, но и в базовых отраслях, в том числе связанных с производством материалов. Создание отечественной производственной базы, снижение доли импортного оборудования. В настоящее время 70 % оборудования мы закупаем за границей, считаем это абсолютно недопустимым, поэтому стараемся вместе с предприятиями электротехнической промышленности развивать те технологии, по которым у них есть хорошие наработки, или создаем специальные научно-исследовательские центры. В заключение я бы хотел отметить, что электрические сети являются связующей инфраструктурной электроэнергетики, и качественно новый уровень развития их возможен только при внедрении инновационных решений. И этот уровень во многом будет определять скорость экономического развития сети. Для реализации этих задач необходима координация, как здесь уже говорилось субъектов электроэнергетики, участников технологической платформы, усилий государства. Для достижения максимального мультипликативного эффекта от создания такой системы необходима интеллектуализация всех субъектов электроэнергетики, объединение усилий, которые необходимы уже сегодня. Спасибо.
А.В. Конев. Спасибо, Юрий Алексеевич, вопросы, пожалуйста. В микрофон, если вас не затруднит.
Муж. На одном из слайдов у вас показана табличка мониторинга защиты сетей от внешнего воздействия. Вот это интересно, расскажите, что это такое. Когда мы говорим о мониторинге технического состояния оборудования с целью последующей диагностики и т.д., это понятно, этим надо заниматься. Кстати говоря, этой функции нигде у вас нет. А сегодня в таком состоянии сетей, в котором они находятся, когда вы говорите, что 70 % сетей изношено, мониторингом технического состояния надо заниматься в первую очередь с тем, чтобы потом произвести диагностику и определить объемы необходимых вложений капитальных, ремонтных или строительства новых, и т.д. Это понятно, мониторинг состояния.
А вот мониторинг защиты от внешнего воздействия, это что-то новое. Но скажите, что вы подразумеваете?
Ю.А. Дементьев. Действительно, этот вопрос никому не известен. От внешних воздействий, да. Значит, самый простой пример – гололедообразование. Мы активно занимаемся в наиболее проблемной зоне, это Ставрополье и Краснодарский край, установкой систем, которые определяют начало и протекание процесса гололедообразования, сигнализируют о том, что оно происходит, затем включается система плавки гололеда, которая обязана обеспечить, чтобы гололед, образовавшийся на проводе, был сброшен до того момента, когда этот провод или порвется, или будет деформирована траверса опоры. Вот такая система. То есть это мониторинг с гололедообразовнием. Я сказал о том, что мы внедряем новую систему молниезащиты. Для того, чтобы знать, какая грозовая деятельность в данном регионе имеет место, устанавливается 2 системы, одна из них на параметрическом принципе, с двух сторон защищаемой линии электропередачи устанавливается система, которая фиксирует состояние воздушной изоляции и главной изоляции линии электропередачи, и устанавливается система пеленгации грозовой деятельности, которая регистрирует разряд молния-земля, фиксирует координаты его, в этом случае можно определить точно, что это воздействие на линию электропередач произошло не из-за стороннего воздействия или ненадлежащей эксплуатации, а именно что был удар молнии, и этот удар молнии линия или выдержала, или не выдержала. Примерно такие.
Муж. Я еще раз сформулирую вопрос. То, что вы сказали, это мониторинг состояния. А у вас написано: мониторинг защиты от внешних воздействий. Как вы собираетесь защищать? Вот мы недавно с Олегом Михайловичем Бударгиным были в Прибалтике. И прибалты обратились с вопросом, у них ежедневно то ли в 1 ночи, то ли в 1 час дня отключались линии 330 кВ непонятно, по каким причинам. Мониторинга линии электропередачи и оборудования подстанции нет, поэтому они не знали, что это такое, они обратились к нам с просьбой помочь им выяснить, что это такое. С такими вопросами мы сталкивались на Дальнем Востоке, было время, когда линии 220 кВ и 500 кВ то же самое – отключались по непонятным причинам. Потом мы нашли причину, определились. Но это речь идет о мониторинге состояния. А вот я вас спрашиваю, что такое мониторинг защиты от внешних воздействий, как вы будете обеспечивать защиту от внешних воздействий и мониторить эту защиту? Вообще, само словосочетание совершенно непонятное.
Ю.А. Дементьев. Может быть, здесь неудачно этот термин применен. Речь идет, конечно же, о мониторинге самих воздействий, каким образом наши объекты защищаются от этих воздействий, это все проявляется в статистике технологических нарушений. Что касается мониторинга технического состояния, это известная работа, она больше чем 10 лет у нас программах технического перевооружения и развития развивается, мы оснащаем все крупнейшие автотрансформаторы системами мониторинга, которые меряют температуру, емкость, диэлектрические потери, вплоть до состояния масляной изоляции.
А.В. Конев. Спасибо. Что-нибудь скажите про ситуационно-аналитический центр?
Ю.А. Дементьев. У нас есть ситуационно-аналитический центр в ФСК, а также есть такие центры в регионах, куда сводится вся информация оперативного характера, технологического плана, и при возникновении внештатных ситуаций штабные функции заводятся именно на эти ассоциации, которые у нас есть.
А.В. Конев. Спасибо. Я благодарю Юрия Алексеевича, спасибо. И пару слов тоже скажу. Как он уже сказал, в настоящее время идет рассмотрение программы инновационного развития и согласование в ФСК, и хотел бы отметить, что ФСК из нескольких сценариев возможной инновационной стратегии выбрала стратегию именно как инновационная компания, которая поддерживает весь инновационный цикл, начиная от НИОКР, опытно-промышленной эксплуатации и внедрении, локализации производства при необходимости. Программа очень хорошая, мы ее видели, нам очень понравилось. И как раз значительный блок составляет как раз именно то, что касается интеллектуальных сетей и то, что касается практических механизмов, что связано с разработкой идеологии интеллектуальных сетей, и собственно, их практическая реализация в рамках технологической платформы. Спасибо. Есть ли у нас кто-то от НТЦ электроэнергетики? Нет никого, хорошо. Тогда я хочу предоставить слово Корнееву Андрею Викторовичу. Институт США и Канады.
А.В. Корнеев. Добрый день, уважаемые коллеги. Мне хотелось бы поделиться некоторыми результатами наших оценок новых видов угроз, которые возникают в ходе даже современного начального этапа развития и реализации адаптивных электроэнергетических сетей. И сюжеты эти связаны, в первую очередь, с такими серьезными проблемами, ситуациями, угрозами, как дистанционный терроризм и кибернетический терроризм. Здесь показаны основные позиции, которые связаны со спецификой современного периода и теми преимуществами, которые создают интеллектуальные энергетические сети. Эти вещи здесь уже рассматривались, я на них останавливаться уже не буду. Речь идет о том, что это один из элементов нового 6 технологического уклада, и нравится нам или нет, но это неизбежный факт научно-технического прогресса, и надо просто очень внимательно рассматривать те сложности, те проблемы и те новые специфические угрозы, которые при этом возникают. Из истории развития техники, новых технологий, новых систем управления мы знаем, что каждый новый этап создает определенные преимущества, но в то же время он является источником достаточно серьезных угроз нового типа. И интеллектуальные сети в этом плане не исключение. В первую очередь, в тех государствах, которые начали реализовывать эти программы, начались в последние годы достаточно труднообъяснимые случаи бесконтактных аварийных ситуаций, которые свидетельствуют о том, что электроэнергетическая инфраструктура становится все более уязвимой для сетевых террористических внедрений и актов высокотехнологичного саботажа. Вот самым опасным из последних недавних случаев стало одновременное нарушение работы сразу двух американских атомных электростанций в конце прошлого года. Там сначала из-за утечки радиоактивных вод и неисправности насосов первого контура остановилась атомная электростанция «Вермонт Янки», это штат Вермонт, и менее чем через час без видимых причин взорвался силовой трансформатор атомной станции той же корпорации «Индиан Пойнт» в штате Нью-Йорк. И по аварийной ситуации был заглушен реактор. Характерно, что при этом были зарегистрированы сбои компьютерных систем управления и несанкционированный доступ к программному обеспечению. До этого в США, во Франции, в Германии были зарегистрированы неоднократные случаи тяжелых аварийных ситуаций, в основном, на энергетических трубопроводах, на нефтеочистительных заводах и на предприятиях нефтехимического синтеза также со следами дистанционного диверсионного воздействия. В январе 2011 года, то есть уже совсем недавно Россия официально заявила, что эксперты НАТО должны расследовать анонимную компьютерную вирусную атаку на ядерный реактор в Иране, в Бушере. При этом с нашей стороны было подчеркнуто, что инцидент мог вызвать катастрофу масштаба Чернобыля. В этом случае заражение вирусом компьютерной системы этого реактора привело к бесконтрольной пульсирующей раскрутке турбин и избирательному отключению электроснабжения, как самой электростанции, так и обогатительного комбината атомного топлива, который расположен неподалеку. Что самое опасное и что было симптоматично? Были выведены из строя системы автоматического сбора информации дистанционного управления с использованием ряда новых неизвестных уязвимостей пакетов диспетчерского управления. Эти пакеты здесь перечислены. Тревожность ситуации заключается в том, что эти пакеты очень широко применяются не только в энергетике, но и на целом ряде промышленных предприятий в самых разных отраслях.
 В связи с этим источник этого заражения в Бушере, а это оказался троянский вирусный червь Стакснет, стал предметом очень серьезных разбирательств в Вашингтоне. При этом это впервые в истории, когда по поводу компьютерного вируса заседала специальная комиссия сената США. В результате комитет по внутренней безопасности и обеспечивающей правительственной деятельности США выступил со следующим заключением: внедрение интеллектуальных энергетических сетей поставит под угрозу одновременного выхода из строя десятков тысяч промышленных и военных объектов по всей стране. И окончательное внедрение этих систем целесообразно отложить до тех пор, пока не будут разработаны надежные комплексные защитные меры.
Эта ситуация очень тревожная, потому что на 2013 год в США было ассигновано из бюджета уже порядка 11 миллиардов долларов на интеллектуальные энергетические сети. Ситуация понятна. В настоящее время в целом ряде государств под прикрытием гражданских программ развития ядерной энергетики фактически идут национальные программы создания, освоения ядерного оружия. Поэтому возникло стремление как-то воздействовать на этот процесс, создать какие-то средства дистанционного воздействия и блокировки, однако, как это не раз уже происходило в истории, это созданное оружие, и нацеленное на определенные конкретные цели, оно быстро выходит из рук его создателей, оказывается под контролем других заинтересованных группировок, в том числе и не государственного уровня, и угроза возникает уже перед тем государством, создателем этих новых военных технологий. И в данном случае мы столкнулись с ситуацией, когда, с одной стороны, действительно, в феврале 2011 года был заглушен реактор в Бушере, было извлечено ядерное топливо из активной зоны, началась работа по замене оборудования, программного обеспечения. Но одновременно сейчас в общей сложности в 30 государствах на всех ядерных объектах начались срочные работы по поиску защиты от этого нового оружия дистанционного диверсионного нападения. Каковы особенности этого вируса? Сам по себе вирус уже известен, препарирован, изучен, существуют антивирусные средства, но он уже не представляет опасности. Но даже в этот ограниченный промежуток времени с середины прошлого года, когда он впервые появился, были зарегистрированы еще примерно 12 таких систем модульного характера уже более совершенной конструкции и более опасные по своему потенциальному воздействию.
В чем заключается особенность этого первого вируса? Там очень сложная система внутреннего шифрования компонентов, которая скрывает его структуру и конкретное назначение, очень сложный вирусный код с элементами искусственного интеллекта, и конкретная нацеленность на систему, которая подлежит атаке. Вот общая схема заражения. Вы видите, что, с одной стороны, заражение возможно путем использования простых флеш-носителей информации, при этом вирус, попав в персональный компьютер за пределами контура управления основным объектом, быстро мигрирует по внутренним сетям, при этом он вступает в контакт с веб-сервером по интернету и может управляться дистанционно. И после этого он проникает в закрытую сеть производственного управления уже без доступа в Интернет и получает доступ к промышленным контроллерам «Сименс», то есть к дистанционным электромеханическим приводам, а этом уже исключительно опасно. Вот с начала 2010 года в США было зарегистрировано 12 опасных вирусных инцидентов, которые потребовали полной остановки зараженных систем производственного управления, и выезда на места федеральных аварийных групп быстрого реагирования.
Очень высокая насыщенность современных американских энергетических предприятий компьютерными управляющими системами резко повышает в этой ситуации угрозу аварийных ситуаций. Поэтому в США стали срочно разрабатывать те или иные возможные защитные меры. В первую очередь, надо вообще понять, что данное предприятие находится под угрозой нападения, что осуществляется атака. А это все очень сложно, потому что все это осуществляется очень скрытно. Так вот, оказалось, что все элементы интеллектуальных сетей первого поколения, которые пока существуют, они абсолютно проницаемы для таких средств нападения, как нож в масло они проходят через все эти программные и аппаратные системы, и обнаружить первоначальные скрытые заражения пока практически невозможно. Поэтому вот вы видите специальный перечень центра защиты национальной инфраструктуры американской, который выделяет 7 основных типов возможных локальных и дистанционных атак. И эти признаки могут быть использованы для индикации факта заражения. Основной способ обеспечения кибернетической безопасности в энергетическом секторе США, может быть, это прозвучит странно, но это не изощренные технологии, не какие-то защитные компьютерные программы, сетевые экраны, а это специально подготовленные группы людей. Они называются группой реагирования на нарушение работы компьютерных систем. И здесь показана их задача. То есть мало в эти комплексы дистанционного контроля и управления ввести подсистемы самоконтроля, слежения, блокировки – необходимо непрерывное обучение персонала для того, чтобы люди понимали, что с ними происходит, и как им действовать в экстренной ситуации. А действия эти должны быть доведены до автоматизма, потому что лимит времени реагирования измеряется иногда секундами, иногда минутами. Вот здесь перечислено 10 обязательных правил компьютерной безопасности, которые установлены в США для всех предприятий и коммерческого, и государственного сектора. Мы видим, что в данном случае у нас уже по требованиям обеспечения информационной и антидиверсионной безопасности смыкается сфера и компьютерного, и технологического производства управления. Самое слабое звено в энергосистемах, как показывает опыт последнего времени, это плохо подготовленный человек. Это оператор, который либо не понимает, что происходит, либо действует по инструкции, а надо проявлять инициативу, либо действует неправильно в условиях нехватки времени и психологического стресса.
Недавняя ситуация в Фукусиме наглядно еще раз показала опасность именно человеческого фактора. Эффективные методы профилактики – это создание фрагментов ложных компьютерных сетей для выявления инсайдерской агентурной активности, внутренней коррупции и избирательного вирусного заражения. И тесная координация работы таких групп быстрого реагирования с другими и внешними, и внутренними специализированными службами и в отрасли, и на предприятии, и на федеральном уровне. Мало того, для того, чтобы такие системы функционировали, чтобы защита действительно была действенной, необходимо, чтобы она непрерывно обновлялась. Поэтому главным фактором является система непрерывной модификации существующих планов процедурного реагирования, аудит результатов мер безопасности и постоянная повторная оценка рисков техногенных и террористических угроз. Эта схема носит циклический характер, и она показывает необходимость в непрерывном самообновлении системы защиты промышленных объектов и энергосистем. Вот без такой непрерывной адаптации никакие механические, программные, компьютерные системы действенной защиты не обеспечат.
И, наконец, последнее. Эта повышенная уязвимость интеллектуальных энергетических сетей и электрооборудования в отношении принципиально новых видов кибернетических угроз требует разработки и на уровне предприятий, компании, и на государственном уровне специальных защитных мер от любых способов несанкционированного доступа. При этом должны создаваться глубоко эшелонированные многослойные системы защиты. И не только защиты, но и нападения. Дело в том, что информационное окружение, к которому относятся эти новые средства диверсионного нападения, подразделяется на оборонительное и наступательное. Вот оборонительные средства, это защитные информационно-программные коды, технологии, которые нацелены на выявление фактов атак и на их отражение. Наступательное оружие используется для опережающего нарушения функционирования враждебных систем потенциального противника, для нарушения хранения, обработки информации для принятия командных решений, для перехвата сигналов управления, подачи ложных данных в коммуникационные системы противника и для опережающей блокировки его потенциальных или планируемых вредоносных действий. Вот без такого и разведывательного, и контртеррористического блока также добиться действенной защиты невозможно.
И последнее, международное сотрудничество в данной области должно развиваться на базе взаимного укрепления и внутренней, и внешней технологической безопасности, коллективной обороны энергетических сетей, и прогнозирования, профилактики перспективных угроз. Именно на этих принципах построено недавнее соглашение между Россией и США по сотрудничеству в области развития гражданских атомных технологий, атомной энергетики. Мне кажется, что эти принципы уже в определенной степени прошли первоначальную проверку, и они могут быть использованы в области защиты интеллектуальных энергетических сетей. А эта задача требует обязательной международной координации и сотрудничества. Спасибо за внимание.
А.В. Конев. Спасибо. Вопросы? Нет вопросов. Спасибо. Следующим докладчиком у нас «МРСК Сибири». Прошу, Миткин Евгений Владимирович.
Е.В. Миткин. Здравствуйте, уважаемые коллеги, здравствуйте, друзья. Тема моего доклада – пути создании интеллектуальных электрических сетей в ОАО МРСК Сибири. Первое, с чего хотелось бы начать, это три варианта развития событий. Первый, когда можно ничего не делать, не эксплуатировать сети, трансформаторы и другое оборудование, которое у нас есть, и ждать того, что произойдет. Второе, это по причине технологических ограничений проектировщики вынуждены проектировать сети исходя из самых неблагоприятных сценариев. Старый подход – это технологически избыточные сети с большой степенью надежности, с учетом всех факторов и с многократным запасом. И последний вариант, это развитие, построение интеллектуальных электрических сетей, которые позволяют компаниям решить проблему между распределением рисков катастрофы и соответствующими затратами на реализацию.
Если рассмотреть 4 основных уровня ответственности за развитие интеллектуальных сетей, то мы здесь видим, что это правительство Российской Федерации, это политический уровень, стратегический уровень, оперативный уровень и уровень исполнителей конкретных технических организационных и социально-экономических задач. На каждом уровне, соответственно, рассматривается свой ряд вопросов. Что касается именно стратегического уровня, здесь предыдущие докладчики уже отмечали о том, что необходим учет всех составляющих в передаче, распределении и генерации электроэнергии, то есть это и потребители, и электрические сети – учет всех интересов. И уже после того, как определены правила игры и те задачи, которых мы хотим достичь, то уровень исполнителей конкретных задач. Это уже научно-исследовательские разработки, это освоение новых технологий, это применение нового оборудования и разработок западных производителей, и т.д.
Переход к интеллектуальным сетям должен быть направлен на решение основных задач. Это управление потреблением электрической энергией, снижение потерь, повышение надежности, поддержание распределения на электрической сети в стабильном режиме за счет сглаживания нагрузки, и обеспечение потребителя электроэнергией надлежащего качества. То есть это, как известно уже, практически все об этом говорили. Принципы перехода, отмечу еще раз, что это полностью автоматизированная, саморегулирующаяся и самовосстанавливающаяся сеть, обеспечивающая эффективное управление потреблением и транспортом электроэнергии. Соответственно, она включает в себя технические, аппаратные и программные комплексы с учетом системы генерации, потребления и распределения.
В ключевых моментах интеллектуальная сеть отличается от традиционной. Здесь у нас учитываются датчики мощности, качества электроэнергии, напряжения, уровня тока и взаимодействия их между собой. Естественно, потребуется все это установить, все эти датчики и связать их в единую сеть. Элементы активных адаптивных сетей – это современные традиционные устройства, разного рода автоматика, разного рода управление, сбор и передача информации, коммутационные аппараты, традиционные системы возобновляемых источников электроэнергии и аккумулирования, системы автоматизированного учета. То есть, это единый комплекс, который позволит связать все это в единое целое. Если рассмотреть именно на уровне «МРСК Сибири», у нас будет внедряться не в целом «Смарт грид», но отдельные ее элементы, которые в последующем возможно будет увязать в единую интеллектуальную сеть. Вот это система автоматического ограничения нагрузки по «Читаэнерго». На электростанции при возникновении дефицита мощности в случае вывода в ремонт оборудования или в случае каких-то аварийных явлений происходит резкий дефицит мощности, который в настоящее время ведет к тому, что происходит отключение питающих линий непосредственно с электростанции. Соответственно, под отключение попадают и социально значимые потребители, и потребители наиболее ответственные. Что планируется сделать? Рассмотрим проблемы надежности. Здесь я подробно останавливаться не буду, вкратце я уже обозначил, что идет отключение всех потребителей подряд. Поэтому комплекс мероприятий, который был направлен на реализацию и создание интеллектуальной системы именно противоаварийной автоматики. Была запланирована работа в следующем объеме: это установка центрального управляющего вычислительного комплекса, автоматизированной дозировки воздействия, адресно выполняющей следующие функции, это непрерывный прием телеметрической информации от датчиков активной мощности, это то, что устанавливается на генераторе. Определение и обоснование заранее разработанного алгоритма величины возникновения дефицита мощности и передача данной величины в формате определенных сигналов. Также следует учитывать возможность возникновения аварийных ситуаций, связанных с одновременным отключением нескольких генерирующих источников либо отключением целых систем шин. То есть если посмотреть на примере одной подстанции, то происходит управляющее воздействие от управляющего центра непосредственно до подстанции, и отключение уже фидеров не 110 кВ с головы, а непосредственно тех фидеров, которые питаются на напряжении 6-10 кВ. Соответственно, достигается эффект того, что наиболее социально значимые потребители остаются в работе.
Надежность функционирования в данном случае достигается тем, что оптоволоконные связи идут по двум разных независимым каналам и охватывают таким образом целый ряд подстанций. И воздействие происходит на такой же схеме, как и были воздействия показаны для предыдущей подстанции. В результате реализации рассматриваемой противоаварийной автоматики достигаются результаты, это вывод из под действия аварийного отключения социально значимых и наиболее ответственных потребителей, снижается недоотпуск электроэнергии, появляется возможность реализации наиболее надежной сети, так как при существующей схеме исключается возможность введения автоматического включения резерва и другой более простой автоматики, то, соответственно, при реализации этого проекта у нас получится значительно повысить надежность электроснабжения.
Проектные работы закончены в 2010 году, и реализация этого проекта запланирована в 2011 году и включена в инвестиционную программу.
Следующий пример внедрения интеллектуальных разработок, это для повышения пропускной способности воздушных линий электропередач системой температурного мониторинга. Что нужно сделать? Первое, это провести обследование. Обследование включает в себя воздушное лазерное сканирование и цифровая аэросъемка линий электропередач. Далее идет обработка данных, формирование отчетных таблиц, формируется поопорная ведомость и создается математическая модель линии. Одновременно при лазерном сканировании проводится тепловизионное обследование, где выявляются наиболее критичные участки с выявленными дефектами. Далее анализ существующего состояния, определение реальной пропускной способности воздушной линии, это построение трехмерной модели в программе «ПэлСиКад», построение расчетов и определение термического рейтинга, максимально допустимой температуры проводов по условиям габариты до земли, пересекаемых объектов, для каждого пролета высоковольтной линии. И выявление критических пролетов, где температурный рейтинг меньше определенного в ПУЭ. И также выявляем все дефекты, которые могут относиться к линиям - как по растительности, по габаритам, так и по тепловизионному контролю, как я уже отмечал ранее. После создания модели устанавливается на линии электропередач датчик, который будет непосредственно измерять температуру провода в зависимости от конкретных условий, это уже с учетом и тока, пропускаемого по линии, и с учетом климатических условий, которые у нас имеются. В результате чего мы получаем данные в режиме реального времени. Этот датчик оборудован системой передачи данных на программный комплекс, в котором эта математическая модель существует. В результате этого в отличие от традиционных подходов в наиболее важные режимы мы можем пропускать практически до 80 % больше электроэнергии в данных конкретных условиях по данной конкретной линии электропередач. Как вы знаете, что именно в период осенне-зимнего максимума нагрузок у нас повышается нагрузка у потребителей, и, соответственно, это самый опасный период для энергетиков. И именно учет всех факторов при отрицательных температурах и определенной силе ветра позволяет как раз по линиям электропередач пропускать дополнительную мощность, то без проведения реконструкции мы можем в аварийных режимах достичь очень хорошего эффекта и обеспечить надежность электроснабжения. Проект будет реализован в 2011 году по двум нашим филиалам, «Кузбассэнерго» и «Бурятэнерго».
Если рассматривать более низкие классы напряжений, это, как правило, 6-10 кВ, реализации по распредсетям, то схема «Смарт грид» может выглядеть таким образом. Для нормального режима путем определения точки нормального разрыва сети – определяется с точки зрения минимизации потерь электроэнергии и соблюдения качества у потребителя. В комплекс также будет завязана установка коммутационной аппаратуры типа реклоузеров с управлением от единой системы, и обеспечение качества электроэнергии путем регулировки напряжения на подстанциях путем переключения РПМ, и установки регулируемых батарей статических конденсаторов. В этой же схеме могут учитываться также возобновляемые источники малой генерации, чтобы обеспечить оптимальное качество у потребителя. В аварийном режиме в случае отключения система позволит локализовать аварийный участок максимально быстро уже именно по параметру надежности.
Что нам позволяет достичь реализация интеллектуальных сетей? На уровне государства это снижение энергопотребления, это прозрачность структуры энергопотребления, для генерации это потенциальное снижение объемов новых мощностей, сглаживание пиков электропотребления. По сетям это снижение потерь электроэнергии, снижение операционных затрат за счет снижения численности персонала. Также имеются для сбытовых компаний и для потребителей соответствующие выгоды. Если рассмотреть создание интеллектуальных сетей на примере внедрения интеллектуальных систем учета электроэнергии, то здесь описаны преимущества и недостатки традиционных приборов учета, приборов учета с интеллектуальными возможностями, также системами – отдельно на них останавливаться не буду, но это довольно известно, также системы учета, обвязанные системами передачи данных и консолидации их. Автоматизированный учет сбора данных электроэнергии позволит решать основные задачи, получать полную достоверную информацию об объемах поставки и потребления электроэнергии, осуществлять автоматизированное обеспечение процессов формирования достоверных данных коммерческого учета, необходимых для проведения взаиморасчетов за потребленную электроэнергию, внедрять прогрессивные формы тарификации потребления электроэнергии.
На этом слайде показан пример построения автоматизированного сбора данных и приборов учета. Сейчас у нас по «МРСК Сибири» практически по всем филиалам будут реализованы пилотные проекты по созданию автоматизированных систем учета, и соответственно, с завязкой в комплекс как качества электроэнергии, так и надежности и учета электроэнергии.
Что нам позволяет в целом создать интеллектуальные сети? Как здесь говорилось, нужно охватить все аспекты – и потребление, и генерацию. Для генерации, в первую очередь, это сглаживание пиков электроэнергии. За счет этого нет необходимости держать дополнительные резервы мощности, а имеющиеся резервы пускать непосредственно в работу для обеспечения потребителей. По сетям у нас это как повышение надежности, так и снижение потерь электроэнергии. А для потребителя это качественное и надежное электроснабжение. То, что у нас реализуется в настоящий момент времени, это отдельные аспекты, но хотелось бы надеться, что в ближайшем будущем совместными усилиями и с научными, и с промышленными силами нашей страны, может быть, с привлечением зарубежных партнеров, нам удастся учесть интересы на всех стадиях. И тогда у нас появятся действительно полноценные интеллектуальные сети. Спасибо за внимание.
А.В. Конев. Благодарю. Вопросы будут к докладчику? Нет. У меня будет вопрос. Вы сказали, что там предполагается использование возобновляемых источников энергии. Можете пару слов сказать, что имеется в виду?
Е.В. Миткин. В настоящий момент времени идет проработка вопроса, относящегося непосредственно к проработке нормативной и законодательной базы, к тому, чтобы непосредственно, в частности, сетевая компания могла владеть источниками малой генерации. В данном случае нужно рассматривать это не как самоцель, а именно для обеспечения надежного и качественного электроснабжения потребителей наиболее удаленных – там, где нет возможностей или нецелесообразно экономически строить вторую цепь линии электропередач и т.д. в этих случаях целесообразно ставить возобновляемые источники энергии, как ветряные станции, может быть, солнечные батареи. Был недавно в Китае, они именно на государственном уровне занимаются этой программой. Смотрел ветроэлектростанции, которые у них реализованы, а в течение года они изучали ветровую нагрузку по территории, соответственно, потом была государственная программа и возобновляемые источники активным ходом реализуются. Там, где мы были, там установлено было 17 ветрогенераторов по 1,5 МВт каждый. И они точно знали, что в этом году будет точно установлено еще 33, в следующем году еще 33 генератора. Это государственная программа.
А.В. Конев. Спасибо. И еще вопрос. Я знаю, как в «МРСК Сибири» подходят к экономическому обоснованию НИОКР и инвестиционных проектов. Правильно я понимаю, что если вы говорите о том, что эти пилоты будут реализовываться, то значит вы сумели своим экономистам доказать, что это будет экономически выгодно? Или это просто такой рисковый проект, посмотреть, что из этого получится, и потом уже принимать решение о дальнейшем тиражировании?
Е.В. Миткин. Дело в том, что те примеры, о которых я говорил, элементы применения «Смарт грид», понятно, что они абсолютно все экономически окупаемые и в первую очередь все направлены на повышение надежности. Естественно, я как главный инженер должен обеспечить надежность электрических сетей, поэтому эти проекты в первую очередь именно на надежность. Что касается программы по «Читаэнерго», это разработка совместно и с активным участием системного оператора была по реализации системы ограничения нагрузок. И соответственно, система температурного мониторинга – точно так же, здесь экономический эффект огромный именно в аварийном режиме. Если рассмотреть самую худшую ситуацию с повторяемостью раз в 100 лет, когда мы обесточиваем потребителя при температуре ниже 40 градусов, а в Сибири это далеко не редкость. Если посмотреть период этого ЗП 2010-2011 года, то у нас температура ниже 40 градусов практически в течение месяца были на ряде территорий. В случае снижения надежности ниже определенного уровня и ограничения потребителей может возникнуть ситуация, когда целые населенные пункты могут быть заморожены. Поэтому если пересчитать, какие затраты это может повлечь, то надежность в данном случае встанет на первое место. К сожалению, у нас в России надежность пока на настоящий момент времени выражается не совсем в деньгах. Конечно, отмечали в том числе, что у нас растут тарифы, но при этом уровень электроэнергии, стоимости для конечного потребителя, если сравнивать с Западной Европой или США, то он достаточно низкий. Как это ни парадоксально будет звучать, но чем дороже электроэнергия, тем более экономически эффективны все мероприятия, направленные на ее сохранение, энергосбережение, и т.д., и окупаемость всех этих проектов.
Надеюсь, мы найдем такой симбиоз, который позволит и поддержать надежность сетей на должном уровне, и обеспечить достаточно низкий тариф для потребителей, для развития промышленности и для населения, естественно.
А.В. Конев. Спасибо большое. У нас по программе «Новинтех» из Москвы? Никого нет. Санкт-Петербург? Нет. Так, и Ядыкин Игорь Борисович, скажите что-нибудь? Прошу вас.
И.Б. Ядыкин. Остановимся на стратегии адаптивного управления в интеллектуальных энергосистемах. Во-первых, основной причиной применения алгоритмов адаптивного управления является то, что динамические характеристики энергообъектов могут изменяться в широких пределах, особенно в пиковых режимах потребления электроэнергии. Эти параметры – конечно, передаточные функции котлов, турбин, генераторов, ветроэлектростанций. Меняются спектральные плотности, изменения частоты, средняя крутизна частотной характеристики, псевдокрутизна в переходном процессе, параметры низкочастотных опасных автоколебаний. Меняются параметры модели сети системы высокого напряжения с учетом модели объектов сети соседних зон. И, конечно, повышенные требования к качеству регулирования в интеллектуальных электрических сетях диктуют необходимость применения усовершенствованных законов управления, и, первую очередь, это робастные адаптивные энергоэффективные алгоритмы управления.
Первичными перспективными типами алгоритмов адаптивного управления и оптимизации являются адаптивные алгоритмы первичного и вторичного регулирования напряжения в сетях, адаптивные алгоритмы первичного и вторичного регулирования реактивной мощности, и алгоритмы дооптимизации режимов по реактивной мощности в границах графика напряжения, установленного системным оператором. На этом слайде представлен облик архитектуры интеллектуального сегмента потребления для среднего города с населением приблизительно в 300 тысяч. Здесь имеется одна федеральная электростанция, допустим теплоэлектростанция, несколько электростанций, принадлежащих промышленным предприятиям, и муниципальная энергетика. Это энергетика муниципальных энергоснабжающих компаний, ветроэнергетика, солнечные батареи, накопители электроэнергии большой мощности, «умные» дома, сеть зарядных устройств электромобилей, и так далее. Вот на этом уровне, на нижнем уровне систем автоматизированного управления применяются адаптивные алгоритмы разного типа, которые как раз и образуют адаптивные АСУТП для управления энергопотреблением и генерацией, и далее мы видим уже следующий уровень – это системы интеллектуального управления.
Наконец, следует особо сказать, что информационное пространство образуется, собственно говоря, виртуальным облаком. Облаком, в котором существуют сетевые управляющие воздействия. Это, собственно, виртуальные интеллектуальные системы управления энергосегмента, виртуальный рынок электроэнергии и системных услуг. Интеллектуальное управление спросом на электрическую тепловую энергию в городах. Вот здесь создание единого центра управления, обычно это создается при мэрии, позволит сделать прозрачнее для городской администрации структуру затрат на производство одной единицы производимой и распределяемой энергии на ТЭЦ города. Решение этой задачи, во-первых, способствует привлечению внешних инвестиций. Для городской администрации появляется возможность сделать доступным и инструментально подтвержденным баланс электрической и тепловой энергии, потребляемой воды, энергоносителей и стоков. Важную роль в решении этой задачи как раз играет технологи моделирования, создания адаптивных моделей реального времени. С помощью адаптивных моделей балансов удельных затрат энергии, выбросов и стоков можно реализовать не только учет энергии, но и энергоэффективное управление производством и потреблением электроэнергии по принципу управления с обратной связью. Этот метод уже давно применяется на электростанциях, но новый момент связан с применением как раз адаптивных моделей, которые позволяют сделать эту ситуацию прозрачной.
Вот здесь мы видим облик архитектуры интеллектуально-инфраструктурного сегмента, который связан как раз с управлением в электрических сетях. Основные системы управления здесь с адаптивными АСУТП-подстанциями. Но здесь мы видим значительно больше различных типов адаптивных систем управления, интеллектуальных систем сравнительно мало, и они сосредоточены в основном в управлении накопителями энергии и в центрах управления сетями.
Хотелось бы остановиться на основных положениях применения интеллектуального управления в электрических сетях. Поскольку главной целью создания интеллектуальных энергосистем является полная автоматизация управления режимами в электрических сетях, ей должны быть подчинены цели применения интеллектуального и адаптивного управления. Первой цели соответствует автоматизация труда операторов и диспетчеров, в то время как второй отвечает применение более совершенных законов автоматического и противоаварийного управления. Системы технических решений и иерархические автоматизированные системы управления должны следовать принципам рациональной организации архитектуры, прежде всего, в части разумного сочетания вычислений, выполняемых в онлайновом режиме, то есть в режиме реального времени, и в режиме пакетной обработки данных, в режиме оффлайн. Первое следует в основном применять на нижних уровнях иерархии системы, в то время как вторые превалируют на верхних.
В России потери в электрических сетях, это не секрет, значительно выше, чем в развитых странах. Для уменьшения потерь следует одновременно решать следующие задачи. Увеличивать долю покрытия сетями связи потребителей, расширять сети интеллектуальных многотарифных счетчиков энергии и систем АСКУЭ и АСТУЭ, использовать дополнительный цифровой интерфейс электронных счетчиков для создания цифровых автоматических систем управления потреблением энергоресурсов у потребителей. Вот это уже элемент управления спросом. Вот на предыдущем докладе мы могли слышать как раз о том, что современные счетчики имеют реле отключения потребителей от сети. Для выявления потерь следует использовать инструментально подтвержденные балансы энергии, большую роль в этом играет использование адаптивных АСКУЭ и адаптивных АСТУЭ.
Отдельно следует остановиться на такой теме, как виртуализация. Виртуализация в широком смысле – это отделение представления информационной системы от ее реализации. То есть виртуализация присутствует в любом аспекте информационных технологий. В концепции виртуализации наибольшее значение имеет виртуализация серверов, приложений, виртуализация настольных компьютеров как основных инструментов повышения эффективности и доставки информационных IT-услуг пользователям. Все эти так называе6мые облачные технологии позволяют использовать виртуальные машины, или виртуальные приложения, которые отвязаны от аппаратного обеспечения и конкретной операционной системы, а значит, являются более гибкими и мобильными единицами предоставления услуг.
Ключевое место в концепции облачных вычислений для задачи управления занимает виртуализация. Поскольку только благодаря ей можно построить по-настоящему эффективное облако, которое будет иметь следующие характеристики: приемлемая стоимость владения, эффективное управление ресурсами гарантированный уровень обслуживания пользователей. Виртуальное программное обеспечение обеспечивает нам такие важные свойства информационно-вычислительной системы и ее программного обеспечения, как масштабируемость, отказоустойчивость, виртуализацию и безопасность. Перспективные прикладные задачи для технологии облачных вычислений применительно к интеллектуальным энергосистемам. реализованны в Америке, имеются публикации по этому поводу. Поэтому это все внедренные системы и примеры использования облачных вычислений именно для электросетей. Расчеты перетоков мощностей электростанций, анализ статической устойчивости по напряжению, анализ о периодической колебательной устойчивости линеаризованной модели электроэнергетической системы, биллинг, CRM-системы для муниципальных энергоснабжающих компаний, бухгалтерские системы, ERP-приложения для малого бизнеса.
Но надо сказать, что облачные вычисления обладают рядом недостатков. В частности, для кибернетических угроз, о чем было сегодня много сказано. Почему? Потому что, если вы реализуете какие-то вычислительные услуги через облако, вы становитесь завязанными на определенного поставщика, вендора этих услуг. Причем не секрет, что многие вендоры используют программы-шпионы по заказам компаний, которые занимаются продвижением своей продукции. Этих недостатков можно избежать в некоторой мере, если применять распределенные вычисления не в публичной сети интернет, а в частной сети интранет, связывающей интеллектуальные системы управления. При этом облако организуется в едином информационном пространстве, объединяющем эти системы. Сегодня говорились некоторые слова о таких вещах, как виртуальные электростанции, виртуальные системы управления, и как раз облачные технологии позволяют реализовать все эти вещи.
Интеллектуальные агенты – это новый класс систем программного обеспечения, который действует либо от лица пользователя, либо от лица системы, делегирующей агенту полномочия на выполнение тех или иных действий. Разработка многоагентных систем позволяет создавать системы, обладающие масштабируемостью, мобильностью, интероперабельностью, что очень важно при разработке интеллектуальных систем, основанных на знаниях. Особенностью предлагаемой разработки является создание интеллектуальных агентов, характеризующееся применением интеллектуальных алгоритмов идентификации управления, отличающихся высокой точностью, и оригинальными методами обработки технологических знаний и адаптивного обучения. Здесь можно видеть разные категории агентов, которые применяются при этих технологиях.
Масс-технологии целесообразно применять, в первую очередь, в следующих компонентах интеллектуальных систем управления. Это технологические базы знаний, интеллектуальные помощники диспетчера, биллинговые системы, обучающие системы, системы распознавания речи, человеко-машинный интерфейс на естественном языке, системы ассоциативного поиска, нейросетевые распознающие системы. Агенты решают задачи, относящиеся к технологическому диспетчерскому управлению, исходя из коммерческих интересов собственников, что регламентировано соответствующими договорными отношениями. В частности, для задач регулирования частоты, перетоков, оптимизации графика выполнения ремонтов оборудования при обеспечении требуемого уровня перспективным направлением использования многоагентных систем является использование механизмов аукциона на виртуальном рынке электроэнергии и системных услуг. Аналогичные технологии уже сегодня используются при организации аукционных торгов на фондовых биржах в Америке.
Управление спросом на примере управления соответствующими муниципальными системами приведено на этом слайде. Я хотел бы обратить внимание, что здесь имеется два центра управления, и, кроме того, здесь используются системы когенерации, то есть имеется виртуальная электростанция, которая может объединять электростанции разных собственников. Такая система позволяет учитывать предпочтения потребителей, выбор поставщика. В этой системе предусмотрен диалог, обсуждение ценовых условий поставки электроэнергии, действует местная торговая площадка, и подобная организации как раз соответствует реализации идей управления спросом.
Кстати, возвращаясь к докладу Георгия Петровича Кутового, я думаю, что именно на местных уровнях, на местных торговых площадках легче организовать конкурентные механизмы соучастия потребителей в поставке электроэнергии, и решить легче те самые трудности, те самые проблемы, связанные с инвестиционным стимулированием за счет потребителей, потому что сами новые информационные технологии использования мультиагентных систем, виртуальных рынков поставок электроэнергии и услуг позволяют эти вещи реализовать.
В заключение, хотелось бы остановиться на наших рекомендациях по критическим технологиям, которые связаны с созданием виртуальных интеллектуальных электрических сетей. Первой по значимости мы считаем мультиагентную систему управления. Задачи, которые решаются при этом, это координация систем управления с использованием СНПР и устройств ФЭЦ, контекстно-зависимые программные системы интеллектуальных систем управления, базы технологических знаний, задачи самовосстановления районных электроэнергетических систем, задачи управления спросом на местных торговых площадках.
Второй по значимости технологией мы считаем технологии искусственного интеллекта. Это нейронные сети и нейросетевые системы управления, ассоциативный поиск для идентификации управления и экспертные системы. В каких же областях используются технологии искусственного интеллекта? Это ранее обнаружение и локализация предаварийных режимов, виртуальное моделирование и задачи понижения порядка модели, советчики оператора, тренажеры.
Третьей технологией является технология адаптивного группового управления гибкими системами передачи переменного тока и систем мониторинга переходных режимов. А предметными технологиями является первичное и вторичное автоматическое управление напряжением и реактивной мощностью.
Четвертой технологией является создание адаптивных моделирующих платформ реального времени. Это может быть применено в центрах моделирования и дооптимизации режимов по реактивной мощности в центрах управления сетями, в задачах мониторинга топологии сети и адаптации моделей, при создании полигонов для отработки интеллектуальных систем управления и мониторинга.
И, наконец, последняя и очень важная технология – это технология крупномасштабных систем передачи информации для интеллектуальных электрических сетей. Спасибо за внимание.
А.В. Конев. Благодарю. Игорь Борисович. Вопросы к докладчику? Нет. Спасибо. Последний доклад мой. Как известно, после трех часов сидения на конференции мозг отключается, и обеспечивается прямой доступ к тому, что нужно. Поэтому я этим воспользуюсь и скажу пару слов.
Здесь много говорилось о том, что нужно делать. Немножко меньше – как нужно делать, и основной упор делался на том, что нам нужны некие организационные механизмы, должны быть некие стимулы, толчки или пинки, с тем, чтобы двинуться в сторону практического внедрения интеллектуальных технологий. Будьте любезны, презентацию Конева поставьте, пожалуйста. Такие системы создаются. Если вы немножко следите в плане реализации государственной инновационной политики, то с конца прошлого года идет очень активное движение в сторону формирования технологических платформ.
В ноябре прошлого года был призыв Минобрнауки и Минэкономразвития подавать предложения по формированию таких платформ. Более 150 предложений было подано, и, по состоянию на 1 апреля состоялось заседание комиссии по высоким технологиям и инновациям, на котором было рекомендовано к включению в перечень технологических платформ 27 технологических платформ, в том числе четыре технологические платформы по электроэнергетике и, соответственно, одна из них – это интеллектуальная энергетическая система России.
На этом слайде технологическая платформа, она была инициирована двумя компаниями, как уже говорилось: это Федеральная сетевая компания и Российское энергетическое агентство. Было договорено, что ФСК отвечает и берет на себя все, что вязано с технологической идеологией, именно развитием технологии и формированием стратегии, а Российское энергетическое агентство берет на себя общую координацию, обеспечение и вовлечение в эту деятельность максимального количества заинтересованных сторон как та структура, которая равноудалена от тех самых заинтересованных сторон.
На сегодня коротенькая информация по Российскому энергетическому агентству. Компания относительно молодая, год назад была создана, на сегодня занимается координацией деятельности в сфере энергоэффективности, является координатором технологической платформы интеллектуальной энергетической системы России. Вот те компетенции, которые формируются и развиваются на базе Российского энергетического агентства. Это то, что связано с интеллектуальным учетом, организация повышения квалификации в области энергоэффективности, поскольку Российское аналитическое агентство является дирекцией по реализации государственной программы энергосбережения и энергоэффективности. И, собственно, на базе агентства как раз консолидируется вся деятельность, связанная с развитием нормативно-правовой базы в этой сфере, в том числе это очередная редакция закона № 261, и то, что связано с энергоаудитом.
Пару слов об инфраструктуре. В настоящее время ведется очень активная работа по созданию международных центров, инновационных и энергоэффективности. Здесь и Франция, Корея, Япония, Швеция, Финляндия. То есть такие центры формируются, и сейчас уже начинается практическое наполнение их содержимым. Это раз. Во-вторых, за агентством создание государственной информационной системы энергоэффективности, создание государственной информационной системы ТЭК, сейчас готовится закон (соответственно, в очередной редакции он смотрится), и здесь проект совместно с Ростехнадзором, системным оператором и Российским энергетическим агентством, называется проект «Техинспекция», и стоит идея формирования единой технологической базы – то, что касается состояния оборудования и всех возможных внештатных ситуаций с этим оборудованием. Плюс, идет работа совместно со Сколково на предмет использования региональной филиальной базы Российского энергетического агентства, а это боле 60 филиалов, именно для информационных и инновационных целей.
Что такое технологическая платформа, в общем-то, в логике ее появления в Минэкономразвития и Минобрнауки это коммуникационный инструмент, который призван объединить те самые заинтересованные стороны в продвижении конкретной задачи, в нашем случае это интеллектуальные технологии в энергетике. В рамках «Концепции инновационного развития России до 2020 года» технологическая платформа рассматривается как основной инструмент реализации той самой инновационной политики.
Технологическая платформа имеет достаточно интегральный характер, и максимальное количество заинтересованных сторон, в том числе и вовлечение возобновляемых источников энергии. Здесь и электротранспорт, и потребители разного уровня, и разные уровни потребления, начиная от бытового потребления и кончая промышленным. На сегодня, фактически стоит задача практической организации деятельности этой платформы. И первыми шагами мы видим формирование исполнительного аппарата технологической платформы и конкретные определения, какие же направления будут развиваться в рамках этой технологической платформы, в том числе информационная безопасность, технологическая безопасность, то, что касается стандартом, программ и алгоритмов, техники и технологий. Поэтому, уже более 120 компаний заявили о своем интересе и готовности участвовать в работе технологической платформы. На сегодня существует заявительный порядок присоединения к участию в работе технологической платформы. Я просто хочу вас об этом проинформировать и пригласить принять активное участие в работе технологической платформы, начиная именно от предложения по формированию этих направлений и предложения того, кто, по вашему мнению, мог бы возглавить либо принять участие в работе этих направлений внутри технологической платформы.
Существует масса государственных документов верхнего уровня, начиная от энергетической стратегии, тут же у нас закон № 261, здесь у нас программа модернизации, которая в настоящее время разрабатывается по заказу системного оператора, программа модернизации 2020 и 2030, это стратегия инновационного развития на период до 2020 года, и генеральная схема размещения объектов. То есть куча документов, которые зачастую противоречат друг другу. Мы считаем, что эти документы как некая задача реализации государственной политики могла быть входной для решения в рамках технологической платформы. А в логике функционирования технологических платформ, то есть то, что сегодня говорилось, это именно разработка некого стратегического видения, именно то, с чего нужно начать.
И Волкова Ирина Олеговна сегодня рассказывала нам определение тех требований к энергетике будущего, это понимание, где те самые технологические разрывы, которые нам нужно так или иначе преодолеть либо за счет организации собственных исследований и разработок, либо покупкой существующих технологий, с тем, чтобы не тратить на это время. И через это мы выходим опять же на координацию тех самых программ, громадного количества, которые наши компании сегодня разрабатывают. Это и программа энергосбережения, программа инновационного развития, программа модернизации, инвестиционная программа, и так далее. То есть мы считаем, что это можно делать как раз с учетом этого и оптимизировав эту деятельность. И плюс, соответственно, мы отсюда выходим любо на трансфер, либо на НИОКР и на заказ собственным энергомашиностроителям.
Я хотел вам рассказать, что такой инструмент есть, что фактически он на сегодня легализован, и принято решение, рекомендовано, чтобы эта технологическая платформа начала жить. Я считаю, что это именно та площадка, на которой эта деятельность по продвижению интеллектуальных технологий в энергетике могла быть организована.
Если есть вопросы, я готов ответить. Если вопросов нет, то поблагодарить всех за участие. Спасибо.

 

© 2002 - 2018
 

создание веб-сайта: Smartum IT