Новости форума       Архив       Медиа-центр       Карта сайта       Контакты
Медиа-партнёрам
Москва, комплекс административных зданий Правительства Москвы (ул. Новый Арбат, д. 36/9), 12 - 13 апреля 2018 г.
Программа Форума
Участники Форума
Приветствия
Организаторы
Оргкомитет
Программный комитет
Спикеры
Операторы Форума
Стенограммы
Рекомендации
Медиа-партнеры
Фотогалерея
Зарегистрироваться
Условия участия
Место проведения
Помощь в размещении

 
Главная / Архив / 2012 / Стенограммы выст... / Международная конференция «СТРАТЕГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКИ В РОССИИ»

Назад

Международная конференция «СТРАТЕГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКИ В РОССИИ»

Международная конференция
«СТРАТЕГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКИ В РОССИИ»

6 апреля 2012 г.


Липатов. Я хочу вам представить Кудрявого Виктора Васильевича, научного руководителя Центра оптимизации управления в электроэнергетики Московского энергетического института, Хазиахметова Расима Максумовича, директора по технической политике «РусГидро», Григорьева Александра Васильевича, руководителя отдела Института проблем естественных монополий, Артамонова Вячеслава Юрьевича, заместителя председателя Правления акционерного общества «ИНТЕР РАО ЕЭС», Сальникова Александра Юрьевича, директора по развитию «Перспективы развития ветроэнергетики в России, передовой опыт и новые технологии», так называется общество с ограниченной ответственностью. Кутового Георгия Петровича, советник президента по энергетике закрытого акционерного общества «Объединенная металлургическая компания». Я всех представил, никого не обидел?
Я предложил бы для начала высказаться по тем проблемам, которые есть в электроэнергетике, которые видит очень уважаемый и авторитетный человек в нашей отрасли, Кудрявый Виктор Васильевич.
Кудрявый. Ну, если увлекусь, то вы прямо меня предупредите. О чем хотелось бы сказать по теме, такой важной, как аспекты развития электроэнергетики России? Мы недооцениваем то положение, вне отрасли, и то, на что способна сейчас дезинтегрированная российская электроэнергетика, да и опущенное машиностроение. Энергоемкий сектор экономики будет испытывать серьезные трудности с конкуренцией, вступление в ВТО снимает барьеры, в целом ряде регионов нам не то что мечтать, как завоевывать после ВТО мировой рынок, а как удержать внутренний рынок на продукции своих производителей, и сельских, и машиностроительных, и строительных. Вы прекрасно знаете то вынужденное, но очень жесткое решение, которое сейчас принято по тарифам в электроэнергетике – фактически на ближайшие три года Правительство намерено держать тарифы на уровне инфляции, это очень серьезное положение, и вы понимаете, что это вынужденно.
У нас очень много проблем в электроэнергетике, их очень много. Это даже одно перечисление занимает два листа, а, как говорил Эйнштейн, проблемы, возникающие в системе, нельзя решить в ней самой, надо искать способ, как подняться на другой уровень системы, они потому и возникли, наши проблемы, что система неспособна обеспечить целый ряд факторов.
Смотрите, даже в этом году, когда очень хорошо прошли зиму, и снизилось количество аварийных отключений, недоотпуска, ответственность была, подготовка аварийных служб, оснащенность передвижными электростанциями, от 12 до 18 процентов рост аварийной повреждаемости. Это небывалый случай. Вы знаете, какие аварии прошли, и в обеих столицах, и на крупнейших электростанциях, и на тепловых, и на гидравлических, это не просто так, это системное явление. Мы увидели, что мы потеряли ответственность за энергоснабжение в разделенном комплексе региона, а это основа основ российской энергетики. Как это так, мы подошли к режиму полной либерализации рынка, мечте либералов, и шесть лет стагнация удельных расходов топлива, а именно там идет для страны экономия самого ликвидного топлива с кратно более высокими ценами на мировом рынке. Стоимость нашего нового строительства от двух и более раз выше относительно Соединенных Штатов Америки, про Китай я уже не говорю. Проектно-строительный, энергомонатажный комплекс, он не способен сейчас решать все задачи, которые перед ним ставят. Мы можем сколько угодно хвалить себя, что вводим по 7 миллионов киловатт мощности, это действительно достижение большое, но это в основном парогазовое строительство на расширяемых электростанциях. В три раза больше объемы строймонтажных работ на угольной энергетике и, соответственно, на новой, и к этому мы не готовы.
Вот я не буду остальные перечислять, но надо понимать, что вот эта дезинтегрированная энергетика проблемы эти не решит. Вводимые тарифные ограничения ставят на повестку дня вопрос, когда только экономическая целесообразность должна определять, какой быть или не быть структуре, сейчас все разногласия между нами там, которые были, надо прекратить. Как это так? В мире в прошлом году на 2 триллиона произошло слияний и поглощений, из них треть – на создание вертикальной интеграции в различных секторах экономики, а мы это запрещаем? Что и почему? Именно там основной эффект. Как говорил Норберт Винер, не может быть эффективным управление в комплексе, где не учитываются его особенности. Мы не учитывали быстротечность процесса и взаимосвязанность всего, мы не учитываем реальные связи в регионах.
Если говорить об аспектах, и только основных, давайте сами посмотрим, что нам надо, чтобы выполнить энергетическую стратегию, и как мы к этому готовы.
Во-первых, какая структура управления отраслью создает условия для реализации задач стратегии малозатратным инновационным методом, в условиях ограниченности ресурсов, это имеет важнейшее значение, и представляется, что все вы ответите на один вопрос – очевидно, нужна структура как единый центр управления, центр аккумулирования, распределения ресурсов по степени наивысшей эффективности, финансовых, материальных, трудовых. Мы его потеряли в этих сложных конкурентных мировых условиях.
Во-вторых, какая организационная форма электроэнергетики обеспечит уровень ответственности, соответствующий ведущей отрасли жизнеобеспечения. Мне представляется, что экстерриториальная система, которая сейчас создана, этого не может обеспечить. Колониальный метод управления электроэнергетикой, из метрополии, разбросанными электростанциями по всей стране, это тоже не тот метод. И, в общем-то, это не мое мнение, это мнение всех специалистов. Я хотел бы напомнить, что одной из самых заметных работ, которую выполнила Академия наук, возглавлял Институт высоких температур и наши ведущие ученые, о целевом видении стратегии развития до 2030 года. Они прямо пишут, на основании анализа: территориальный характер отрасли является принципиальной особенностью электроэнергетики, учет этой особенности актуален, оправдан в условиях огромной территории России, большого количества отличающихся условий по регионам. Именно территории, в конечном счете, определяют динамику развития электроэнергетики и требования надежности электроснабжения потребителей.
Как необходимо дополнить балансовое обеспечение электроэнергетики для выполнения основного требования, надежности, как основного фактора обеспечения постоянной энергетической безопасности. Очевидно, что кроме наличия достаточных мощностей во всех узлах инфраструктуры, необходимо, чтобы основное оборудование, сложное, дорогостоящее, вспомогательное оборудование с длительным циклом изготовления было только отечественного производства. Это вопрос вроде бы к машиностроению, но без длительных заказов его не решить, и не буду повторяться, но вот свои пять направлений, которыми Китай поднял свою энергетику, идя по советскому пути, это привлечение иностранных фирм с локализацией изготовления на территории Китая, мы же, это не решив, продолжаем себе создавать очень большие и финансовые, и сложности по надежности.
Какие внутри отрасли производственный комплекс обретает возможности качественно, в сжатые сроки, эффективно по затратам реализовать программу развития? Безусловно, крупные проектно-, строительно-монтажные, имеющиеся долгосрочные контракты по типовым проектам, по типовым проектам основных энергообъектов. Нет у нас таких сейчас энергокомплексов. Мы увлеклись тысячами тендеров, которые ежедневно проходят, скоро на каждый стул будем проводить тендеры, а наша задача – дать проектно-строительному комплексу крупный заказ, чтобы он видел свою перспективу, планировал свои расходы, мог эти документы положить в любой банк для взятия кредитных ресурсов на набор персонала, покупку программ инновационных и технологий.
Что в мире определяет доверие инвестора, финансовых институтов к возможности успешно реализовать любые стратегии? Очевидно, это наличие реального запроса государства или частного бизнеса на производство дополнительной энергии. Мы сейчас вводим мощности, и тотчас теряем коэффициент их использования. На Дальнем Востоке это как оселок проверяется, где все государственные структуры, 38% коэффициент использования мощности, резервы – 50%. Не будет эффективной такая энергетика, не получит никто кредитных ресурсов.
Конечно, все должно быть дополнено системой гарантированного финансирования. Во-первых, очевидно, надо быстрее разделить ответственность, расширенное воспроизводство – обязанность государства, инфраструктуру через государственные гарантии. Простое воспроизводство оставлять за энергокомпаниями.
Когда на Дальнем Востоке готовили и утверждали программу, в прошлом году, посмотрели, можно ли в регионе, где самые высокие тарифы, не такое тяжелое внутреннее положение, обеспечить развитие? Да. Если у нас кредитный ресурс будет не менее пятнадцати лет, и проценты – не более 8%. А что для этого надо? Оказывается, то, что отработано в мире, даже не процентная ставка Центрального Банка, а ставка государственных займов, у нас они пяти-семилетние, за рубежом они бо́льшие. И гарантия государства. Вот это нам дает вариант.
Я касаюсь последнего вопроса, я о нем недавно стал говорить. Мы забываем чрезвычайно важный аспект, уровень управленцев высшего звена в отрасли. Убежден, что реализовать такую сложную задачу, которая сейчас стоит перед энергетикой, могут только высококвалифицированные специалисты, талантливые организаторы созидательного типа. Фактически они должны отвечать требованиям генеральных конструкторов, и быть в одном лице и формальными, и неформальными лидерами. Сейчас таких руководителей, как Непорожний, Сапожников, Серебрянников мы просто не имеем. Мы даже не создали ни «лифта», ни «лестницы» для карьерного роста для отбора специалистов. Это последний, наверное, важный аспект. Спасибо.
Липатов. Спасибо. Я хочу сейчас слово предоставить Министерству энергетики. Гринкевич Егор Борисович.
Гринкевич. В своем докладе хотел бы затронуть, две основные темы, которые касаются в первую очередь нормативного изменения отрасли, которое в настоящий момент прорабатывается Министерством энергетики в части развития рыночных отношений, и вопросы, которые стоят по развитию энергосистемы в целом с точки зрения инвестиционных программ и модернизации отрасли.
В настоящий момент есть несколько направлений совершенствования нормативно-правовой базы отрасли, это в первую очередь вопросы, которые касаются оптового рынка электрической энергии и розничного рынка электрической энергии и мощности. В части оптового рынка электрической энергии и мощности в настоящий момент таких глобальных изменений пока в ближайшем, в этом году не планируется, обсуждается пока продление срока и механизма конкурентного отбора мощности на один год. Пока, в настоящий момент, Министерством энергетики создана межведомственная рабочая группа по развитию электроэнергетики, в которую входят представители федеральных органов исполнительной власти, крупных потребителей, производителей электрической энергии, соответственно, члены межведомственной рабочей группы пришли к единому мнению о том, что пока идет обсуждение неких новых глобальных изменений модели оптово-розничных рынков продлить еще на один год, в 2012 году провести конкурентный отбор мощности на один год, то есть на 2013 год.
Кроме этого, в настоящий момент прорабатывается механизм, по сути, подкрепляющий действующий механизм гарантирования инвестиций, чтобы, в случае если рыночные механизмы не сработают, и у нас в каких-то точках не будет достаточно генерирующих мощностей, был договорной и экономический механизм в строительстве генерирующих объектов. Соответственно, этот механизм поддержки инвестиционных проектов строится на базе инструмента, который зарекомендовал себя хорошо в настоящее время, это договор о предоставлении мощности, но, естественно, это не глобальный механизм, это механизм, который должен позволить решить определенные локальные проблемы, которые могут возникнуть в энергосистеме. Соответственно, вот что касается изменений, которые планируются и прорабатываются министерством в текущем году.
При этом достаточно большая работа, которая сейчас находится на завершающей стадии, касается совершенствования функционирования розничных рынков электрической энергии и мощности, в рамках исполнения соответствующих поручений Правительства Российской Федерации подготовлен проект постановления о правилах розничного рынка, об основных положениях функционирования розничного рынка, опять же, он подготовлен в рамках межведомственной рабочей группы, и в настоящий момент он внесен в Правительство Российской Федерации. В этом проекте постановления решается достаточно большой комплекс вопросов функционирования розничных рынков, таких, как повышение прозрачности деятельности гарантирующих поставщиков на розничном рынке, их, так скажем, клиентоориентированности, предъявления дополнительных требований к качеству их работы.
Достаточно большой блок касается вопросов, связанных со сменой гарантирующих поставщиков, вопросов, связанных с повышением платежной дисциплины на розничном рынке, в том числе, усовершенствованием механизма введения ограничений на потребление электрической энергии в случае неплатежей и так далее, достаточно большой блок вопросов предлагается также урегулировать в части коммерческого учета.
Я много здесь вижу коллег, которые принимали активное участие в обсуждении проекта данного постановления, вы знаете, что министр энергетики совместно с министром экономического развития, Эльвирой Сахипзадовной, проводили совещание по обсуждению данного проекта постановления.
Ну, наверное, хотелось бы еще отметить, что в рамках этого постановления решается и предлагается решить достаточно большой круг вопросов, которые касаются услуг по передаче и принципов оплаты услуг по передаче. Министерством энергетики в рамках этого проекта предложен ряд вопросов, которые, на наш взгляд, должны позволить более эффективно использовать существующую сетевую инфраструктуру, а именно постепенное введение такого института, как оплата резерва мощности потребителями сети, я имею в виду, сетевой мощности, который создаст экономические стимулы для более эффективного использования действующей сетевой инфраструктуры отрасли.
Соответственно, это там работа, которая в настоящий момент ведется в министерстве и в Правительстве в целом по совершенствованию правил функционирования оптовых и розничных рынков. Есть еще темы, которые находятся в обсуждении в экспертном сообществе, в федеральных органах исполнительной власти, это определенные обсуждения, изменения модели рынка, которая сейчас на слуху, но пока к какому-то конкретному механизму в настоящий момент, еще мы не пришли. В рамках межведомственной рабочей группы на площадке «Совета рынка» практически еженедельно проходят обсуждения этой модели. Понятны основные требования и пожелания, которые есть у участников рынка к функционированию оптовых и розничных рынков, основной вопрос, как их, соответственно, достичь. Достаточно важный и принципиальный момент, который мы видим, и необходимо внедрять с целью повышения качества обслуживания потребителей, это повышение конкуренции на розничном рынке, соответственно, одна из базовых идей, которая обсуждается, это возможность достаточно простой смены потребителями своих энергоснабжающих организаций и упрощение выхода и заключение свободных двухсторонних договоров конечными потребителями электрической энергии с генерирующими объектами.
Соответственно, вот блок вопросов, который направлен на повышение, соответственно, для того, чтобы это реализовать, нужны определенные изменения в модели функционирования оптового рынка, соответственно, этот комплекс вопросов является, наверное, одним из принципиальных, которые в настоящий момент обсуждаются.
Кроме этого, в рамках этой модели и обсуждения модели достаточно большой блок вопросов, который касается модели РАБ-регулирования, ну, вот в части эти вопросов уже урегулировано вышедшим постановлением 1178, которое внесло достаточно серьезные коррективы в принципы тарифообразования сетевых компаний, которые должны, так скажем, тоже повысить эффективность и принимаемых инвестиционных решений сетевыми компаниями и, соответственно, повысить ответственность сетевых компаний за принимаемые решения, в определенном смысле сделать эти решения сбалансированными между, так скажем, готовностью потребителей платить за электрическую энергию, и, соответственно, необходимы развитие отрасли.
Естественно, невозможно обсуждать рынок электрической энергии и мощности без обсуждения рынка тепловой энергии, соответственно, в рамках обсуждаемых тем обсуждаются предложения по корректировке функционирования рынка тепловой энергии.
Липатов. Спасибо большое. Егор Борисович действительно рассказал о той работе, которая в последние полгода проводилась в министерстве, с учетом поручений премьера правительства, мы эту тему обсуждали недавно, работа розничного и оптового рынков, на парламентских слушаниях в Государственной Думе. Хазиахметов Расим Максумович, директор по технической политике «Русгидро».
Хазиахметов. Добрый день, уважаемые коллеги. Спасибо за возможность выступить перед столь уважаемой аудиторией. Изначально, конечно, хотелось рассказать о компании, но я думаю, что на этом, с учетом той темы, которая сегодня вынесена в повестку дня, останавливаться долго не стоит, потому что «РусГидро», которая в свое время была создана как основная гидрогенерирующая компания, продолжает в этом ключе и функционировать, но при этом дополнительно к ее 25 гигаваттам гидроэнергетических мощностей в течение прошлого года присоединилось еще почти 10 гигаватт тепловой мощности, и сегодня это крупнейшая гидрогенерирующая компания стала и крупнейшей генерирующей компанией страны с установленной мощностью 35 гигаватт. Но буду говорить в основном про гидрогенерацию, потому что, насколько я понимаю, вопросы теплогенерации и атомной энергетики, они звучат достаточно много, и представители, которые об этих отраслях говорят, есть, но про гидроэнергетику, пожалуй, сегодня говорить будет в основном только «РусГидро».
Почему мы считали, считаем, и будем считать, что гидроэнергетика в общей системе, как энергетической, так и страновой занимает особое место? Дело в том, что как никакая другая отрасль энергетики, она является составной частью трех структур – энергетической, водохозяйственной и транспортной. И когда мы не рассматриваем ее как составную часть трех этих структур, то, соответственно, возникает достаточно большое количество проблем, которые сегодня мешают развитию гидроэнергетики и как составной части энергетического комплекса, и как составной части топливно-энергетического комплекса в целом. С учетом этого сформированы стратегические цели «РусГидро».
Во главе стратегии стоит безопасность и надежность, повышение энергоэффективности и рост ценности компании. При этом, мы в первую очередь говорим о безопасности и надежности не только компании, но и о безопасности и надежности как составной части устойчивого развития в связи с тем, что наше понимание того, что гидроэнергетика – это важнейший из видов возобновляемых источников энергии, постепенно усиливается, и я думаю, через некоторое время станет общим пониманием всех тех, кто нас окружает, исходя из чего мы считаем приоритетным развитие нашей подотрасли.
Дело в том, что когда мы подходим к вопросу с точки зрения устойчивого развития, то понятно, что устойчивое развитие – это развитие, которое обеспечивает жизнь не только нам, но и нашим будущим поколениям, и в этом смысле, как показывают цифры, я всегда беру одну, там на полторы тысячи лет у нас хватает энергетических ресурсов, которые можно получить естественным образом, и тех, которых мы считаем либо не совсем возобновляемыми, либо невозобновляемыми вообще. Если вспомнить гидроэнергетический потенциал страны целиком, то срок жизни в тех условиях, в которых мы можем существовать, возрастает в два раза.
Гидроэнергетический потенциал страны рассредоточен по стране, это, пожалуй, одна из главных проблем, то, что центры потребления и центры генерации по стране в этом случае рассредоточены очень сильно, и все, что можно получить, в основном все это расположено либо в Сибири, в ее труднодоступных частях, либо на Дальнем Востоке. Несмотря на то, что мы все время и в энергетике говорим о приоритете устойчивого развития, но в энергетической стратегии до 2030 года доля гидроэнергетики в общей установленной мощности с 21 должна упасть до 18, и это для нас представляется одной из самых главных проблем.
Перечень проблем, которые, на наш взгляд, являются основными, и с которыми необходимо работать. Первое, это совершенствование модели рынка электроэнергии и мощности, и в том числе и КОМ, и ДРН, которые мы считаем одними из инструментов, которые позволяют нам двигаться вперед. Они, пожалуй, должны еще дорабатываться, потому что всякий раз, когда возникает вопрос о регулировании, встает вопрос о том, а где же ГС. ГС в сегодняшних условиях, при всех возможных вариантах, которые сегодня есть, неэффективны и невыгодны, и именно поэтому, видимо, некоторое время назад специальное поручение министра энергетики прозвучало, о том, что надо решить проблемы, которые позволили бы все-таки этот вид производства электроэнергии, а, точнее, регулирования системных факторов, стал наконец и рыночно эффективным.
Еще одно ограничение – это возможности отечественного машиностроения. Наконец, человеческий потенциал как на эксплуатируемых объектах, строящихся объектах, проектируемых объектах, так и в области научных исследований. Ну, и в части гидроэнергетики еще есть отдельные проблемы, то, что сегодня большая гидроэнергетика в свое время искусственно отнесена к не очень чистой возобновляемой энергетике, что тормозит ее развитие, и вот устаревшая оценка уровня развития технического и экономического потенциала, о которой я говорил, и добавившийся к этому в последние два года «саянский синдром».
Так что же «РусГидро» как компания, которая обладает всем необходимым для того, чтобы двигаться в направлении усиления позиций гидроэнергетики, в этом направлении делает? Ну, во-первых, в развитие стратегии «РусГидро» разработана и принята в 2010-2011 годах новая техническая политика, которая для нас представляется не просто демонстрацией лозунгов того, что мы хотим, но и инструментом развития не на старой технологической основе, а на новой технологической основе, именно поэтому наша техническая политика – это не просто один документ, это система документов, среди которых три новых, это техническая политика, положение о технической политике, база данных технических решений, и наши стандарты.
Еще один важнейший момент, который, мы считаем, необходимо делать, это вопрос о том, каким образом оценивать сегодняшнюю гидроэнергетику. Один из факторов, мешающих развиваться, это заявления о том, что пресноводные водохранилища генерируют парниковые газы. В настоящее время мы с нашими коллегами по Международной гидроэнергетической ассоциации участвуем в проекте большом, который идет во всем мире, который оценивает выбросы, и мы уже имеем результаты, которые доказывают, что на территории Российской Федерации водохранилищ, которые в общем балансе генерируют парниковые газы, нет, уровень поглощения существенно выше, чем уровень генерации.
Еще один инструмент, который, я думаю, через некоторое время станет достаточно серьезным, тот, который мы делаем с нашими коллегами из неправительственных организаций, с нашими государственными структурами, я имею в виду не только российский, но и международные, это то, что называется методика оценки соответствия гидроэнергетических проектов критериям устойчивого развития. В 2010 году документ разработан, принят международным сообществом, в этом году мы совместно с нашими коллегами из Международной ассоциации гидроэнергетиков, неправительственными организациями, при поддержке некоторых государственных организаций адаптируем этот инструмент на территории Российской Федерации, и надеемся, что он станет общепринятым для оценки эффективности не только проектов в области гидроэнергетики, но и в других отраслях энергетики.
Липатов. Артамонов Вячеслав Юрьевич, заместитель председателя Правления «ИНТЕР РАО ЕЭС».
Артамонов. Уважаемый Юрий Александрович, уважаемые коллеги! Разрешите поблагодарить за оказанную честь выступить на нашем сегодняшнем форуме, и вкратце доложить о ситуации во внешнеэкономической деятельности Российской Федерации в области электроэнергетики и о тех основных соображениях и результатах экспертных оценок тех глобальных трендов, которые, по нашей оценке, на сегодняшний момент фигурируют в энергетическом комплексе.
Если позволите, в начале доклада несколько слов о том, что такое группа «ИНТЕР РАО ЕЭС», которую я сегодня представляю. На сегодняшний день наша компания представляет собой многопрофильный холдинг транснационального характера, которые располагает 28 тысячами гигаватт располагаемой мощности в Российской Федерации, порядка 8 тысяч гигаватт за пределами Российской Федерации, присутствует в энергосистемах Грузии, Армении, Казахстана, Белоруссии, стран Балтии, Калининграда, и ведет активную торговую деятельность на рынках скандинавских стран.
По итогам 2011 года, который был характерен для нашей компании значительным приобретением активов, компания серьезно увеличила объемы торговых операций, не только на территории Российской Федерации, но на сопредельных рынках. 2011 год был характерен для нашей компании еще и тем, что впервые достигнут беспрецедентный объем внешнеторговых операций, как в области экспорта электрической энергии, так и в области продажи мощности. По традиционным правилам, учитывая особенности работы энергетических рынков, структура баланса, потребности, в том числе, в импортируемой электроэнергии, наиболее традиционными рынками для Российской Федерации являются рынки Финляндии, стран Балтии и Республики Беларусь, объем поставок которых превышает 60% от совокупного внешнеторгового оборота электрической энергии и мощности.
Теперь несколько слов об особенностях работы «ИНТЕР РАО ЕЭС», которая выполняет на сегодняшний день исторически сложившуюся функцию оператора внешнеэкономической деятельности, такой особенностью является ее присутствие в трех наиболее крупных мировых синхронных зонах, которые работают по отличающимся друг от друга правилам, где в течение последних пяти лет мы фиксируем наличие тренда на глобализацию координации правил работы рынка, технических норм и требований и, соответственно, далеко идущих последствий, представляющих принципиально новые требования, как к подготовке персонала, так к обеспечивающим областям промышленности, которые закладывают принципиально новые характеристики в электроэнергетическом оборудовании, в первую очередь способность оказания услуг по регулированию, по предоставлению услуг по резервированию объемов электрической энергии и мощности. В своей работе мы руководствуемся техническими и технологическими решениями, которые действуют на территории Российской Федерации. В первую очередь критичны для нас –технологические ограничения в электросетевом комплексе и текущее состояние на генерационных объектах.
Анализ показывает, что тенденция, наметившаяся где-то в 2004-2005 годах, на серьезное развитие собственной энергетической безопасности, повлекла по целой совокупности зарубежных энергетических систем строительство новых генерационных источников и дальнейшее совершенствование сетевого комплекса. Большинство энергосистем в сопредельных странах сбалансировано по объемам установленной мощности, по потребностям, и зачастую встают вопросы надежностного фактора обеспечения и, соответственно, экономических последствий. Эти вопросы в течение последних семи лет во многом решаются за счет трансграничной торговли в синхронных зонах, о которых я говорил чуть ранее. В чем выгода от развития данного вида деятельности в электроэнергетике? Соответственно, это оптимальная структура баланса электрической энергии и мощности, обеспечение надежного энергоснабжения и обеспечение экономически оптимально построенных последствий от действий энергетической системы и системных операторов.
Участвуя во многих международных конференциях, мы очень внимательно смотрим за подходами наших зарубежных коллег к формированию рыночных правил, требований, норм и ограничений, которые накладывают национальные законодательства на действия субъектов энергетических рынков. Считаем, что, несмотря на ряд проблем, которые в настоящее время фиксируются, в том числе и в средствах массовой информации, подход в целом корректен, потому что рыночное сообщество Российской Федерации в основу положило решение технических и технологических вопросов. Безусловно, эта направленность деятельности затронула, в том числе, и обеспечение внешнеэкономической деятельности. Посыл на то, что рыночные механизмы заставят привести в соответствие технические вопросы регламентации, по нашей оценке, был малоэффективен, и мы начали от противного, совместно с системным оператором Российской Федерации, «Федеральной сетевой компанией», с Министерством энергетики Российской Федерации, формирование внятных, технически корректных и прогнозируемых по техническим последствиям и действиям правил работы на межгосударственных совещаниях.
Тем самым, по состоянию на сегодня внешнеэкономическая деятельность в Российской Федерации базируется на двух основных китах. Первое – это технологическая основа межгосударственных обменов электроэнергией, к которой относятся договоры на параллельную работу, договоры на транзит электрической энергии, договоры об оплате и об ответственности сторон за отклонения в фактических перетоках электрической энергии и мощности от плановых, и договоры на оказание аварийного взаимодействия, которое обеспечивают системную надежность и гарантированное снабжение электрической энергией и мощностью наших потребителей.
Отражением этих технических особенностей в настоящий момент являются коммерческие договоры купли-продажи электрической энергии, которые по согласованию с Федеральной службой по тарифам, с рыночным сообществом, с государственными регуляторными организациями подразделяются на несколько категорий.
Особенности ведения внешнеэкономической работы области электроэнергетики базируются на достаточно интересной ситуации, связанной с различной степенью продвижения энергетических рынков и с разной степенью либерализации этих рынков. Различные рынки стран СНГ и ближнего зарубежья, которые находятся в различной степени либерализованности. Мы задали себе такой достаточно простой вопрос – а в чем причина такой пестрой картины? Это было вызвано тем, что у нас по состоянию на сегодняшний день решаются текущие экономические среднесрочные проблемы в энергосистемах, соотношение рыночных методов и государственного регулирования позволяет обеспечивать устойчивое среднесрочное развитие тех энергосистем, где это существует.
Что меняется во внешнеэкономической среде? В силу объективного роста цен на энергоносители, мы фиксируем тренд на выравнивание стоимости электрической энергии и мощности на территории РФ и за ее пределами. Я уже останавливался на том, что одним из трендов является то, что внешнеэкономическая деятельность в области энергетики – это мировой тренд, все больше носит фактор оптимизации работа национальных энергосистем, обеспечивающих развитие, и со снижением фактора экономического, бизнес-направленности в этой деятельности, безусловно, на условиях не нанесения экономического ущерба. Тем самым, выдвинулись на первое место вопросы технологического взаимодействия, это принципиально качественно новая ситуация в мировом энергетическом комплексе.
Соответственно, изменился и менталитет менеджмента в сопредельных странах. Мы мало об этом говорим, поменялся менталитет, в том числе, российских менеджеров в энергетике, где на базе технических знаний, глубокого понимания экономических последствий действий в электроэнергии позволяют сформировать новое поколение управленческого персонала. Вопрос не так быстро решается, как бы нам хотелось, имеет некую инерционность, затрагивает, в том числе, и смежные вопросы изменения способов подготовки кадров для производства электрической энергии, ее распределения, мы считаем, что этот вопрос сейчас актуализирован, поставлен вполне корректно, в среднесрочной перспективе мы можем ожидать достаточно позитивных решений.
Часто обсуждаемое, в том числе и в средствах массовой информации, влияние экспортно-импортных операций на работу энергосистемы Российской Федерации. С учетом того, что внешнеэкономическая деятельность ведется в разрезе нескольких часовых поясов, возникает оптимизация поставок электрической энергии, производимой как в России, за ее пределы, так и импорта в Россию в наиболее целесообразных условиях из зарубежных энергосистем, с учетом особенностей вот этого часового перемещения пиковых нагрузок и мощностей. Если мы посмотрим, здесь, на графике приведены реальные графики поставок электрической энергии с территории Российской Федерации на сопредельные территории, которые оптимизируют загрузку российских станций в ночные часы, обеспечивая систему разгрузки вниз для системного оператора и, соответственно, оставляют значительную часть пиковых мощностей для потребления, нужд внутренних потребителей. Тем самым, внешнеэкономическая деятельность компании, которая представляют Россию на международных рынках, носит фактор оптимизации и, безусловно, является сдерживающим фактором для ценообразования на российском рынке.
Липатов. Спасибо. Кутовой Георгий Петрович.
Кутовой. Уважаемые коллеги! Я хочу привлечь ваше внимание к одной проблеме, которая является, на мой взгляд, очень интересной, и стратегически очень перспективной, для развития не только энергетики и экономики России, но и в рамках стран СНГ, в рамках Евразийского экономического пространства.
Когда я прочитал протокол подкомиссии по сотрудничеству в области ТЭК Межправительственной комиссии по сотрудничеству между Российской Федерацией и Республикой Казахстан, то понял, что здравый смысл возвращается в нашу энергетику. Ведь если вспомнить немножко, и дать историческую справку, то для оптимизации топливно-энергетического баланса страны в целом, Советского Союза и России, в том числе, строились энергомосты для передачи энергии угольных электростанций в европейскую часть страны. Постоянный ток, 1500 киловольт, Экибастуз-Тамбов, пропускной способностью около 42 миллиардов киловатт-часов в год, линия 11509 киловольт, Сибирь-Казахстан-Урал и, в принципе, это огромные масштабы энергетического строительства, и задумка была реализована, освоение огромного угольного потенциала КАТЭК, там восемь станций по 6,4 миллиона киловатт для передачи этой угольной энергии на Урал и в Европу, это Экибастузский топливно-энергетический комплекс мощностью 16 миллионов киловатт, из нескольких станций, тоже для передачи очень дешевой угольной электроэнергии в центральную часть России.
Но история распорядилась немножко по-другому, дело доходило даже до того, что разделившись, на отдельные государства, или выделившись, энергетики разорвали даже шлейфы на передачах 1150 киловольт между Казахстаном и Россией, а линия 1150 киловольт постоянного тока, которая была построена примерно на 70%, на территории Казахстана даже были подвешены провода сечением 1200 квадрат, были демонтированы и сданы на металлолом китайцам. То есть, мы, вообще говоря, в электроэнергетике в этом направлении шагнули настолько назад, что, пройдя вот уже двадцать лет, оценивая ситуацию двадцатилетнего периода, мы возвращаемся к истокам здравого смысла, что надо эти энергомосты возрождать.
На 2030 год стратегическое развитие энергетики предусматривает создание энергомостов, и это правильно. И вот первоочередным элементом воссоздания такого энергомоста, который сегодня на напряжении 1150 киловольт создан, но работает на напряжении 500 киловольт, это Сибирь-Казахстан-Урал, его воссоздать на напряжение 1150 киловольт – это два с половиной года линия электропередач работала на этом напряжении, представляется актуальной задачей, и то, что сегодня в рамках подкомиссии СНГ принято такое решение, я считаю, что это очень здорово.
Технические аспекты воссоздания этой передачи носят чисто технический характер, я на них останавливаться не буду, скажу, что пропускная способность такой линии электропередач 4,5 миллиона киловатт, а эксплуатируется сегодня там в лучшем случае где-то около миллиона, пропускная способность. Оборудование на казахским подстанциях 1150 киловольт, видимо, уже пришло в негодность, воссоздавать все это дело нужно с очень хорошим обследованием и инвентаризацией этого оборудования и, наверное, рассматривать техническую сторону этого вопроса, безусловно, целесообразно. Я хочу привлечь ваше внимание к другому.
Я считаю, что Евразийское экономическое пространство, о котором договорились наши государства, Белоруссия, Россия и Казахстан, является уникальным решением на территории постсоветского периода, когда решили убрать все границы, раскрыть экономическое пространство для свободного предпринимательства, и в этой части, я считаю, что электроэнергетика должна сыграть свое исключительно важную роль. Важно это потому, что экономическая основа вовлечения угольной энергетики в баланс, топливно-энергетический баланс страны, в рамках этого евразийского сотрудничества, остается актуальной задачей, потому что в европейской части нашей страны, почти на 85% сегодня в топливном балансе электростанций занимает газ. И такая структура выработки или использования горючего топлива в электроэнергетике, она, в принципе, хороша, она дает возможность нам, как говорится, надежно и экономично строить свою энергетику, поставлять потребителям электроэнергию и тепло, но принципиально важно, с точки зрения стратегической постановки вопроса, важно, чтобы структура эта была оптимизирована с учетом тех возможностей, которыми располагает наша страна, у которой топливно-энергетические ресурсы сосредоточены в восточной части, а потребитель, экономический потенциал в основном развивается в европейской части страны.
И в этом смысле мне представляется рациональным, чтобы создать этот энергомост, а на его базе, на его физической основе создать рыночные отношения в восточной части нашей страны, с учетом экономики Казахстана, а потом, поскольку сети существуют, наверное, присоединятся к этим отношениям и электростанции Киргизии, Узбекистана. Я думаю, что рыночная форма хозяйственных отношений открывает уникальную возможность очень такого адекватного адаптирования возможностей энергетик вот этих стран Среднеазиатского региона и российской энергетики с учетом Сибири для того, чтобы самым оптимальным образом использовать топливно-энергетические ресурсы большого потенциала на нашем Урале и европейской части страны.
Такая постановка вопроса, безусловно, требует концептуальной проработки, я считаю, что нужно разрабатывать сегодня такую дорожную карту, что нужно делать, в каком временном аспекте реализовывать эти мероприятия. Потому что потенциал для этого есть, заделы в этом плане, экономические и технические, были сделаны, возобновить это на новых экономических отношениях, сложившихся после развала Советского Союза, сегодня нужно, и чем раньше мы это сделаем, тем быстрее будет вовлечен потенциал такого сотрудничества в экономику наших стран.
Липатов. Спасибо, Георгий Петрович. Григорьев Александр Васильевич, Институт проблем естественных монополий.
Григорьев. Уважаемые участники форума! Летом этого года в нашей электроэнергетике будет своеобразная годовщина – четыре года с момента прекращения деятельности РАО «ЕЭС», ну, а, значит, формального окончания самой реформы. Много это или мало? Для отрасли, чья история насчитывает 115 лет, если мы будем вести отчет с момента пуска смой первой крупной российской электростанции, которая находилась на Раушской набережной, наверное, немного, но для оценки реформы, которая, напомню, длилась десять лет, наверное, достаточно. И вот почему.
Критический пересмотр работы модели рынка и параметров реформирования – это мировая норма, и хорошими примерами здесь для нас могут являться, наверное, даже такие оплоты либерализма, как Соединенные Штаты Америки и, конечно, лидер в реформировании электроэнергетики, Великобритания. Ну, если в первом случае, в случае США, наверное, все-таки высока роль региональных властей, регионального аспекта, то в случае Великобритании мы можем наблюдать централизованную и спланированную работу, как по проведению реформы, так и контролю за ходом реформы, ее пересмотру, анализу совершенных ошибок.
На протяжении прошлого года наши британские коллеги готовили, как они сами называют, новую реформу электроэнергетики. Состав участников был самый широкий, принудительно не ограничивался, и любой эксперт, бизнесмен или ученый мог направить свои предложения в британские органы, которые занимаются подготовкой реформы. В этой связи, конечно, хочется сказать, как нам не хватало такой открытости, когда реформировалось само РАО «ЕЭС». В мае этого года подготовленные законодательные инициативы начнут вноситься на обсуждение в парламент Соединенного Королевства. К сожалению, не могу подробно остановиться на этих нововведениях, которые касаются рынка электроэнергии Великобритании, но, что мне показалось особенно интересным, когда я изучал эти материалы, это то, что буквально в самом начале предлагаемых мер говорится о том, что предлагаемые изменения должны обеспечить прежнюю надежность, доверие инвесторов и, самое главное, более низкие цены по сравнению с теми, которые будут, если система останется нереформированной. Здесь я процитирую одного из локомотивов этой реформы, министра энергетики Криса Хьюна, который сказал: «Нам необходимо двигаться к экономике с низкими углеродными выбросами, при этом свет должен продолжать гореть, а затраты потребителей на него – падать». Давайте посмотрим, как падали у нас цены на электроэнергию за последние годы.
Они, конечно, не падали, они росли, и росли до мирового уровня. Вклад различных источников этого роста, конечно, неравномерен. Ну, например. За последние два года существенно выросла доля сетевого комплекса в конечной цене у потребителей. Ну, это объяснение, конечно, вряд ли растрогает сердца наших промышленников, им все равно, почему растут издержки на электроэнергию, они просто видят, как в мгновение ока были лишены одного из немногих наших конкурентных преимуществ в глобальной конкурентной борьбе, более низких цен на энергоресурсы.
Мы видим, что реформа не дала того, что обещала. Как росли цены на газ, основное топливо для электроэнергетики, по крайней мере, в европейской части страны? Государство, с одной стороны, по сути, одной рукой сдерживая цены на продукцию отрасли электроэнергетики, другой повышало ее затраты за счет опережающего роста издержек производителей электроэнергии на топливо. Опять же, если мы сравним вот с Соединенными Штатами, то мы увидим, что и в области цен на газ мы уже почти догнали США.
Но проблемы не исчерпываются ростом издержек в электроэнергетике. Я еще раз повторю тезис, с которым эксперты ИПЕМ выступают уже в течение длительного времени, что либерализация приучила, пыталась приучить нас к мысли о том, что электроэнергетика – бизнес (мы согласны, конечно, что бизнес), и бизнес бывает разный: бывает высокодоходный, но и риски в нем тогда большие, наверное, и низкорисковый, но, соответственно, доходность в нем не должна быть высокой. Электроэнергетика по всему миру относится к последнему типу. Ну, в подтверждение этого тезиса приведу данные, собранные министерством энергетики США, и обработанные у нас в ИПЕМ. Это показатели операционной рентабельности для крупнейших частных генераторов в этой стране. Как вы видите, они все находятся на уровне 10-15%. В России мало кто хочет и может работать с такими показателями рентабельности, в том числе по причине высоких регуляторных рисков.
Ни у кого, конечно, нет права на истину в последней инстанции, и цена ошибки при реформировании или корректировке реформы в отрасли достаточно высока. Именно поэтому очень важно задать верные цели, ориентиры, и очертить хотя бы в крупную клетку тот круг инструментов, при помощи которых эти цели планируется достичь. Не нужно, наверное, крайностей, рынка, который сам все расставит по своим местам, нигде в мире этого не существует. Мы видим, как он расставляет, когда он самостоятелен. Но тотальное государственное регулирование – это тоже не выход, издержки, связанные с этим способом управления экономикой, также все известны. Необходимы правила и процедуры – четкие, ясные, долгосрочные. Необходимо четко заявить, что любые реформы должны преследовать своей целью не только обеспечение надежности работы электроэнергетики, но и снижение затрат потребителей на электроэнергию. Не будет этого, можно забыть о росте конкурентоспособности нашей промышленности, о повышении качества жизни населения. Любые предложения по реформированию должны начинаться с того, как они повлияют на потребителей. Если развиваем конкуренцию –давайте оценивать влияние множества игроков на рынке, долгосрочные параметры его работы, ну, и, конечно же, на конечные цены. Если мы приходим к той же мысли, к которой пришел вот недавно Гюнтер Эттингер, европейский комиссар по энергетике, заявивший недавно, что, мол, неплохо бы «E.ON» и «RWE» объединиться, а то им трудно конкурировать с такими компаниями, как «Газпром», так вот, в этом случае надо тоже оценивать и те негативные и позитивные эффекты для потребителей, которые может дать подобная консолидация на российском рынке.
Необходима обратная связь, конечно, между реципиентами реформ и реформаторами, как это происходит в развитых странах, и как это, я считаю, начинает происходить у нас. Создание институтов и механизмов открытого правительства, наверное, все-таки дает нам надежду на появление и укрепление даже такой связи в нашей стране. Необходимо помнить, наверное, что рынок создавался все-таки в конечном итоге для потребителей, к их нуждам тоже нужно прислушиваться, ведь в рыночной экономике клиент всегда прав.
Липатов. Спасибо. Сальников Александр Юрьевич.
Сальников. Добрый день, Сальников Александр, я представляю компанию «Промышленные силовые машины», мы хотели бы кратко представить свое видение перспектив развития ветроэнергетики в нашей стране, поделиться рядом наблюдений, предположений, думаем, они будут небезынтересны.
Мы рассматриваем ветроэнергетику как одно из перспективных направлений развития своей компании, рассматриваем варианты строительства ветропарка в стране, поэтому вначале я хотел бы остановиться на анализе, кратком анализе ситуации с ветроэнергетикой в мире и в Европе в частности, и сделать акцент на прошлый, 2011 год, который во многом изменил представления о развитии данного вида возобновляемой генерации в мире. В прошлом году в мире был установлен рекорд по новым введенным мощностям ветрогенерации, составил показатель 42 гигаватта, и в процентном отношении рост составил 5,2% к 2010 году. Наибольший вклад был внесен Китаем, почти 18 гигаватт, США, Индия, и европейский лидер Германия ввела порядка двух с небольшим гигаватт установленной мощности ветропарков. При этом на Европу пришлось 24,5% ветрогенерирующих мощностей, доля Европы снижается из-за активного роста Китая, Азии и стран Латинской Америки. В 2011 году 21% всех мощностей в Европе составили ветропарки, инвестиции превысили 13 миллиардов евро. На данный момент в Европе с помощью ветряной энергии производится 94 гигаватта мощности, что составляет примерно 10,5% установленной мощности, и более 6% производимой электроэнергии.
Еще одна тенденция – это постепенное снижение государственной поддержки данного рынка в Европе, вызвано это в первую очередь ежегодным повышением эффективности ветроэнергетики, и те программы, которые существуют, по поддержке до 2020 года, в некоторых странах до 2025-го, могут быть пересмотрены и, возможно, эта поддержка будет сходить на нет уже к 2015-2017 годам.
Важный аспект – это социальный аспект развития ветроэнергетики, после отказа Германии из-за аварии на атомной станции в Японии, это сильно изменило в Европе и отношения к ветрогенерации, и планы, которые сейчас уже высказывает Германия, это переход на возобновляемые источники энергии, перевод своей энергосистемы до 80%.
С технической точки зрения в последние годы и, в том числе, в 2011 году произошел качественный скачок в разработке новых видов турбин, срок службы уже достигает 25-30 лет новых моделей, что повышает их эффективность, и при этом делает ветроэнергетику еще и экономически выгодным способом генерации.
Что касается России, хотелось бы отметить, что потенциал электроэнергии, вырабатываемой с помощью ветряной энергетики, оценивается примерно в 260 миллиардов киловатт-час в год, то есть, это до 30% всей сегодняшней генерации. Естественно, это, наверное, не совсем реальный вариант развития событий, маловероятный, но, тем не менее, он учитывает и места расположения возможных ветропарков, и точки потребления данной электроэнергии. Применительно к России, где по факту не работают действенные механизмы поддержки большой ветрогенерации, необходимо отметить, что в планах Правительства и согласно распоряжению Правительства доля ветроэнергетики должна составить 4,5% от общей генерации к 2020 году, в абсолютном значении это означает порядка 15 гигаватт установленной мощности. Наверное, эти планы реализовать довольно сложно, может быть, не всегда на данный момент существует экономическая целесообразность развития ветроэнергетики в таких объемах, но мы хотели бы отметить такой факт, что, безусловно, основным выгодоприобретателем от развития ветроэнергетики и в России, и в европейских странах является государство. Именно поэтому существует и система дотирования тарифов именно ветряной энергетики.
Но мы хотели бы остановиться на несколько другом факте. Я уже ранее сказал, что дотации ветроэнергетике постепенно сходят на нет. Объясняется это те, что экономическая составляющая ветрогенерации постепенно улучшается. И тут есть два взаимонаправленных друг на друга тренда. С одной стороны, в ближайшие пять лет новое оборудование, которое будет выведено на рынок, будет иметь срок службы от 25 до 30 лет, будет значительно повышен коэффициент использования установленной мощности, и при этом, наверное, мы будем наблюдать рост тарифов на электроэнергию. По нашему мнению, ветроэнергетика сама по себе, с экономической точки зрения, будет достаточно эффективна через пять-семь лет. Мы, как компания, на данный момент занимающаяся возобновляемой энергетикой, рассматриваем возможность строительства в России одного из ветропарков мощностью до 30 мегаватт на базе турбин примерно по полтора мегаватта, и рассматриваем варианты локализации производства части оборудования на собственных производствах, в частности, опорных мачт. Надеемся, что этот проект реализуется, и мы рассчитываем на его экономическую эффективность.
Липатов. Спасибо. Уважаемые коллеги, заявленные докладчики у нас высказались. Есть еще немного времени, может быть, у присутствующих в этом зале появились вопросы к кому-то из присутствующих? Пожалуйста, вот там микрофон.
Муж1. Уважаемые коллеги, у меня вопрос к представителю Минэнерго. Егор Борисович, как представителя законодательной инициативы меня интересует конкретный ответ на конкретный вопрос. Существует очень актуальная проблема перекрестного субсидирования в электроэнергетике, от которой не смогли уйти, несмотря на проведенные реформы, более того, существуют расчеты, которые показывают, что объемы перекрестного субсидирования только возрастают. Один из самых ярких примеров – это последняя миля, какова позиция министерства по последней миле, как этот вопрос будет решаться? Спасибо.
Гринкевич. Ну, я хотел бы здесь сказать следующее, что у нас, с одной стороны, все знают о наличии перекрестного субсидирования, но при этом все знают, что с нормативной точки зрения его не существует, у нас по закону не может быть... устанавливать тариф таким образом, чтобы перекладывать затраты одних потребителей на других. На мой взгляд, одна из основных задач, которая сейчас стоит с точки зрения нормативного урегулирования этой ситуации, это внесение изменений в закон «Об электроэнергетике», с тем, чтобы было явно прописано и даны полномочия Правительству по порядку расчета и учета перекрестного субсидирования при установлении цен и тарифов, будет явно записано о том, что такие льготные тарифы могут быть только для населения и приравненных к нему категориям, и, соответственно, чтобы для всех остальных потребителей была понятна и прозрачна ситуация, где и как учитывается перекрестное субсидирование в тарифах.
Соответственно, с такой инициативой Министерство энергетики выступало в начале прошлого года, к сожалению, данная норма не была принята в 2011 году, в настоящий момент такой федеральный закон, изменения в федеральный закон, также подготовлен, и находится на согласовании в федеральных органах исполнительной власти, поэтому я думаю, что в ближайшее время эта ситуация будет урегулирована, что даст полномочия Федеральной службе по тарифам по установлению понятной, внятной и прозрачной методики учета перекрестного субсидирования. Это первая часть вопроса.
Вторая часть вопроса состоит в том, что, действительно, у нас есть нормативная база, которая предусматривает соответствующий срок действия договоров о последней миле. С этими инициативами мы выходили, и они сейчас обсуждаются в качестве изменения нормативной базы по более корректного учета в услугах по передаче перекрестного субсидирования, чтобы не удерживать его такими искусственными механизмами, как договоры о последней миле, а чтобы это естественным образом учитывалось для всех потребителей, и не было возможностей у одних потребителей переложить бремя перекрестного субсидирования на других потребителей. Это в части вопроса об оплате перекрестного субсидирования.
Понятно, что необходимо также предпринимать меры по снижению этого перекрестного субсидирования и, соответственно, в настоящий момент обсуждаются вопросы, связанные с постепенным повышением тарифа до экономически обоснованного, по крайней мере, та идея, которая давно обсуждалась, но, к сожалению, пока не нашла своей реализации в полной мере, уже проводились некие эксперименты в ряде регионов по введению социальной нормы потребления для населения, соответственно, чтобы в рамках социальной нормы потребления население получало электроэнергию по льготным ценам, а вне социальной нормы потребления уже оплачивалось по рыночной цене. Соответственно, эти предложения также, ну, то есть, этот проект постановления ведет Министерство экономического развития и торговли, я так понимаю, что они планируют в ближайшее время выйти с соответствующей инициативой.
Липатов. Еще вопросы имеются? Вопросов нет. Тогда будем завершать. А, да-да, пожалуйста.
Муж2. У меня небольшой вопрос такой. Во-первых, одним из важнейших аспектов развития электроэнергетики является модернизация, но в то же время разработка вопросов, связанных с техническим регулированием, это разработка новых нормативов, новых стандартов. Она начиналась, эта работа, в РАО «ЕЭС России», а сейчас эта работа, фактически не делается. Технический комитет при Росстандарте по электроэнергетике уже много лет вообще не действует. Вот у меня вопрос – как этот вопрос будет решаться?
Липатов. Я на этот вопрос могу ответить так. В Государственной Думе, в нашем комитете технические регламенты находились, два регламента мы приняли, и президент подписал, потому что они носили форму прямого закона, но после того, как были приняты решения о таможенном государстве Россия, Белоруссия и Казахстан, то было принято решение, что всеми вообще техническими регламентами должна заниматься межправительственная комиссия, поэтому из Думы все эти документы вынесли, и теперь это на уровне Правительства. Поэтому, может быть, министерство что-то подробнее скажет?
Гринкевич. Я сейчас пока не готов прокомментировать.
Липатов. Пожалуйста.
Вячеслав Михайлович. Уважаемый господин председатель, то мероприятие, на котором мы находимся, называется «Стратегические аспекты развития электроэнергетики России». Виктор Васильевич Кудрявый, он даже не перечислил все проблемы, которые сегодня стоят перед нашей энергетикой, все же остальные выступления, за исключением господина Кутового, больше напоминали выступления на селекторном совещании: «Мы сделали то-то, мы сделали то-то, мы сделали то-то». Так когда же мы будем обсуждать проблемы и решение этих проблем? Я этого не понимаю. Смысл вот этого совещания нашего мне непонятен.
Липатов. Вячеслав Михайлович, вы знаете, может быть, это будет странно, вам покажется, но я вас поддержу. Конечно, но здесь может быть, больше вопросов к организаторам. Почему? Потому, что когда намечались выступающие, то есть и мы, как бы обговаривали аспекты и тема... в целом, действительно надо сказать то, что рынок электроэнергетики, самостоятельный режим у нас ушел с 1 января 2011 года и, безусловно, проблем на сегодняшний день в электроэнергетике, достаточно.
В моем понимании, накануне расформирования РАО «ЕЭС России», мы, депутаты Государственной Думы, правительству задавали вопрос. Да, реформа подходит к завершению, постольку поскольку энергетика, как была электроэнергетикой, так и осталась, по сути дела, поменялись правила взаимоотношений ряда субъектов федерации с субъектами электроэнергетики с учетом того, что в электроэнергетику вошел частный бизнес. Но мы тогда задавали вопрос: «А, вот, РАО мы расформировываем, а кто, так сказать, подхватит всю эту ситуацию в единстве?» Нам тогда сказали, что Минпромэнерго будет разделено, будет отдельно Министерство энергетики, и Министерство энергетики будет заниматься этим вопросом.
Я должен сказать, что многие просто знают мою позицию, я впервые два года назад в Академии наук на совещании, публично объявил свою позицию. В июне месяце на отчете министра энергетики в Государственной Думе, когда я выступал от комитета, я сказал о том, что мое впечатление, что мы в организационном плане не все до конца доделали. Почему? Потому что расформировав РАО «ЕЭС России», то есть, мы распределили по-другому деятельность и взаимодействие субъектов электроэнергетики, мы по сути дела не нашли возможности создать, пусть небольшую структуру, но в которую эффективно стекались бы все проблемы.
Я стоял на позиции, что или должно быть Федеральное агентство, пусть на уровне замминистра, который бы курировал. Дело в том что, никаких ведь секретов нет, я общаюсь со всеми первыми лицами всех субъектов – и государственных, и частных. Что происходит? В сетях вопросы возникают, в системных, в федеральных, в «МРСК» вопросы возникают, у генерации масса вопросов, с учетом тех правил, которые сейчас на оптовом рынке созданы (их волнует один вопрос – мы до какой бесконечности будем менять правила игры, потому что те, кто вкладывают деньги, они должны реально понимать, зачем они вкладывают деньги), системный оператор, совет рынка.
Когда в каждом отдельном субъекте энергетики возникают вопросы, и они доходят до министерства в том виде, в котором министерство отрабатывает этот вопрос, мы видим, нет эффективности. Я больше говорил о том, что у нас есть Министерство энергетики, которое, безусловно, решает стратегические задачи - за четыре года и по углю, и по нефти, и по газу, в том числе и по электроэнергетике, вышли фундаментальные перспективные документы, и это работа министерства.
Но с другой стороны, мы реально понимаем, что в большей степени за газ отвечает товарищ Миллер. Да, есть замминистра по нефти и газу, но все-таки за нефть мы тоже знаем фамилии людей, которые отвечают, базовых, так сказать, структур, которые занимаются добычей и транспортировкой. А электроэнергетика... Ведь надо же понять одну такую вещь, что это сложнейший товар – киловатт час, – который является производной всего топливно-энергетического комплекса. И в этой ситуации, мне кажется, что заместителей министра, отвечающих за эту отрасль, недостаточно. Почему? Потому, что в определенной степени с учетом его статуса, у него даже полномочий не хватает оперативного воздействия на проблемы, которые возникают. И я говорил о том, что у меня, честно говоря, большие надежды, потому что я неоднократно говорю об этом, что в условиях нынешних, когда 7 мая произойдет инаугурация президента, когда по закону правительство уйдет в отставку, мне кажется, что, может быть, как раз при переформатировании самого правительства, будет принято решение. И вообще я считаю, что у нас за электроэнергетику в стране, начиная с Советского Союза, всегда была конкретная фамилия, которую знала вся страна, непорочная легендарная личность. Когда у нас Советский Союз распался, возглавлял Анатолий Федорович электроэнергетику, и все об этом знали, потом Чубайс. А сейчас кто конкретно отвечает за электроэнергетику?
Мне кажется, это неправильно, по крайней мере, нам нужно в организационном плане доработать здесь.
А в целом, вы абсолютно правильно ставите задачу. Проблем много, которыми надо заниматься, и должна быть группа людей, которая бы спать ложилась с мыслями всех этих комплексных проблем, и вставала с этими мыслями, и страна знала, что за электроэнергетику отвечает товарищ Пупкин.
Кутовой. Юрий Александрович, если можно, я добавлю? Если сейчас придет в энергетику десять Непорожних и десять Дьяковых, они ничего не сделают. Структура дезинтегрирована. Основной в энергетике товар, при всем уважении к «Федеральной сетевой компании», к холдингу «МРСК» – крупнейшей сетевой компании, к сбытовым, ко всем... Мы это дезинтегрировали. У них нет рычагов влияния, они не могут объединить ресурсы, они не могу дать, как китайцы, один заказ. Китайцы учились у нас, давайте сделаем, как у них. Государственная компания управляет всем пакетом одна, две-три сетевых, две-три генерирующих. А заказ идет общий. У нас, если энергетик купит гвоздик где-то по одной цене, это уже пройдет в систему, и никто по второй цене и не купит, и все ресурсы.
Все-таки в этом министерстве было 1200 человек, у Анатолия Борисовича было 1700, 50 человек из 350, причем я еще удивляюсь, как они работают. Мы должны видеть, эта система неработоспособна, можно дать на экспертизу кому угодно, это все до случая.
Липатов. Спасибо. Кто-то хочет добавить? Да, пожалуйста.
Гринкевич. Знаете, я тоже готов в какой-то степени согласиться, но и не согласиться с вами. Дело в том, что, пожалуй, вы правильно высказались только по одному поводу, и об этом говорили практически все выступающие – о том, что жестко и правильно артикулировать, ну, может, полно артикулировать проблемы и перспективы развития энергетики, сегодня мы не можем только с позиции государства, и мы не видим ее, по большому счету.
Каждый из выступающих от компании попытался изложить свое видение позиции в части развития энергетики и те проблемы, которые эта компания может решить. Я хорошо услышал то, что сказал господин Артамонов. Коллеги, есть проблема со стоимостью, есть проблема с той же ценой. Давайте посмотрим на рынок не как на рынок внутренний, как на рынок внешний, и тогда, может быть, многие проблемы решаться.
Я в своем докладе попытался объяснить позицию, которая говорит о том, что, если на гидроэнергетику смотреть только как на электроэнергетику, а не как на составную часть инфраструктуры, то развивать ее и обеспечивать устойчивое развитие невозможно. И точно так же попытался показать, наверное, недоходчиво то, что мы пытаемся сделать для того, чтобы устранить эти перекосы, эти проблемы. Может быть, для того, чтобы сформулировать все поле проблем и найти понимание, действительно сорганизовать какой-то кружок, в котором это дело обсудить и выставить в публичное пространство? Тогда, может быть, станет более понятно. А за час определить все проблемы и еще найти решение, пожалуй, невозможно.
Липатов. Спасибо. Доклад самый интересный пошел только, но мы теперь временем ограничены. Давайте мы тогда таким образом, у нас следующая секция, она немножко переформатирована, ну, в принципе речь-то пойдет, по крупному счету, об электроэнергетике. Поэтому у нас еще впереди полтора часа будет, где мы можем, эту полемику продолжить.
В целом, я с коллегой из «РусГидро» согласен, конечно, за час мы тут много-то не наговорим, а вообще, я вам хочу сказать – весь комплекс проблем, он в целом-то абсолютно понятен и ясен. Вот мне очень понравилось выступление – недавно проводила конференцию по электроэнергетике газета «Ведомости» – выступление Тазина. Он представляет компанию «Е.ОN», они очень трепетно сейчас смотрят все законодательство и все проблемы. Почему? Потому что они отвечают за деньги иностранцев. И они менеджеры-то же наши, но отчитываются в Европе, и они говорят, что «мы настолько должны реально понимать, что происходит, потому что мы должны компетентно объяснять, каковы вообще перспективы». В его выступлении практически были выложены абсолютно все проблемы, которые, так сказать, на сегодняшний день имеются и у сетевиков, и у генерации, и во взаимодействии рынка. Почему у нас действительно рынок-то мы как бы объявили, но он не является стимулом для того, чтобы генерация строилась с меньшими затратами, да много чего. То есть сама по себе философия этой реформы, идеи, ей нужно заниматься, ей нужно заниматься системно, с конкретными людьми.
Поэтому я вам говорю, то, что вы сегодня не услышали здесь, мы все проблемы знаем, дальше вопрос, как их решать. Я высказался, что для начала нужно во главе поставить конкретных людей, которые бы абсолютно перед собой ставили свою задачу, сидеть на вершине, собирать всю информацию и все проблемы и взаимоувязывать. Кстати, как это было при РАО «ЕЭС России». И все с этим как бы соглашаются.
Поэтому, мне кажется, если мы этот шаг не сделаем, по крайней мере, этот шаг, то мы так и будем бултыхаться во всем этом процессе. Поэтому надежда на то, что сейчас реформа правительства будет, наверное, какие-то решения будут приняты, мне кажется, суть проблем назрела.
Ну, а в целом, дорогие коллеги, я предлагаю эту часть обсуждения завершить. Я искренне хочу поблагодарить все тех, кто на этой сцене высказался, тех, кто активно принял участие в нашем разговоре, и от имени организаторов выставки, я хотел бы вручить дипломы коллегам, присутствующим вот на этой сцене.
Награждается Гринкевич Егор Борисович, заместитель руководителя департамента развития электроэнергетики.
Награждается дипломом выставки Виктор Васильевич Кудрявый.
Награждается Хазиахметов Расим Максумович.
Награждается Григорьев Александр Владимирович.
Награждается Артамонов Вячеслав Юрьевич.
Награждается Сальников Александр Юрьевич.


Липатов. Уважаемые коллеги, мы продолжаем нашу конференцию. Сейчас у нас будет второй блок. Я приглашаю докладчиков. Владимир Валерьянович, я тоже попрошу вас занять место рядом с нами. Уважаемые коллеги, как уже сегодня отмечено на первой половине нашей секции, мы собрались обсудить стратегические аспекты развития электроэнергетики в России. И в общем-то я не берусь оценивать, в какой степени вопросы, обсуждаемые в первой секции, были более стратегическими, либо менее стратегическими. Но я хотел сказать, что, тем не менее, энергетика развивается, там много что делается, наметились новые тенденции в развитии электроэнергетики. Правительство активно ориентирует энергетику на путь инновационного развития, разработан проект программы модернизации электроэнергетики на период до 2020 года, который сейчас предлагается к обсуждению, завершению обсуждения и вынесения на Правительство. И наметились новые тенденции инновационного развития таких как интеллектуализация электроэнергетики, ТЭК в целом. Второй блок мы предполагали как раз посвятить обсуждению вопросов, связанных с интеллектуализацией электроэнергетики и внедрению интеллектуальных сетей, активно-адаптивных, «умных» и все, что с этим связано. Поэтому первое слово для выступления я хотел бы предоставить Дорофееву Владимиру Валериановичу, который является руководителем экспертной группы по разработке концепции интеллектуальной энергетической системы России на основе активно-адаптивной сети. И предлагаю регламент 10 минут, чтобы у нас потом было время для вопросов и для обсуждения. Спасибо.
Дорофеев. Добрый день, уважаемые коллеги. Судя по тому, как опустел наш зал, вопросы нашего будущего интересуют гораздо меньше, чем вопросы, которые тут текущие были: цена и прочее-прочее. Но будущее все-таки вещь такая, которую мы должны предвидеть, управлять, смотреть, куда мы должны двигаться. Поэтому интеллектуальная электроэнергетика уже сегодня становится не только каким-то модным понятием, но и мировым трендом в том числе. Большинство развитых стран и развивающихся стран тоже уже занимаются интеллектуализацией электроэнергетики. И вот у нас в России есть такая идеология, которая называется развитие энергосистемы в плане создания интеллектуальной электроэнергетической системы с активно-адаптивной сетью. Это система базируется на целом ряде новых принципов. Была инициатива поддержана Федеральной сетевой компанией. Федеральная сетевая компания разработала такой документ под названием «Концепция». Но все-таки мне хотелось бы остановиться на таких вопросах, какая же должна быть эта будущая система и что нужно сделать, чтобы она таковой стала.
Я хотел бы сказать, что если говорить о будущей энергосистеме, то необходимо, чтобы производства электроэнергии было из наиболее дешевых, экологически чистых и доступных энергоносителей. При этом производство ее может происходить как на централизованных крупных электростанциях, так и местных локальных установках, в том числе микросети и прочие-прочие устройства, которые сейчас широко развиваются. А выбор системы энергоснабжения здесь должен быть за потребителем. Именно поэтому мы, формируя эту идеологию, говорим о том, что будущая энергосистема должна быть клиентоориентированной в сторону потребителей. При этом должна быть надежная, гибкая структура этой системы, простота и надежность подключения к сети энергосистемы, гибкая схема технологического взаимодействия и расширение рыночных возможностей взаимодействия между субъектами рынка за счет разнообразия рыночных площадок. То есть это сегодня у нас есть оптовый рынок, сегодня у нас есть розничные рынки, но на самом деле эти рынки между собой слабо связаны, слабо взаимодействуют. Нужно организовать взаимодействие между всеми этими площадками, и их может быть гораздо больше. А приоритеты – это доступность, надежность и качество обслуживания по запросам потребителей. Максимальное использование производства потенциала, генерация сетевых мощностей и оптимальная стоимость. Я не говорю о минимизации, я говорю об оптимальной стоимости, потому что сегодня уже говорили о том, что цена растет, цена растет, но никто не говорит о тех факторах, за счет которых растет цена. Поэтому оптимизация – это гораздо более важный фактор, чем просто непотный рост. При этом вот представитель Министерства говорил: «Да, мы будем продолжать регулирование, да, мы будем заниматься перекрестным субсидированием». Вот это регулирование приводит к тому, что где-то абсолютно необоснованно эта цена низкая, а где-то растет сверх меры. Принципиально новые качества этой системы – это гибкое обеспечение реагирования генерации на изменение платежеспособного (я подчеркиваю, платежеспособного) спроса на электроэнергию и поддержание баланса в реальном времени. Вот все, что связано с интеллектуальной электроэнергетикой – это приближение работы системы со всеми ее составляющими к реальному времени, в том числе и рынок в реальном времени. Система должна иметь активные сетевые элементы, которые могут менять патологию сети. Система должна обеспечивать адаптивную реакцию в реальном времени на управление в нормальных и аварийных режимах, и включение всех возможных способах управления, в том числе и потребителей на основе рынка системных услуг. Причем опять-таки подчеркиваю, рынок системных услуг в реальном времени. Гибкий интерфейс всех технологических и информационных сечений с выходом на систему технологического управления, обеспечение информационной безопасности. Я хотел бы на это особо обратить внимание, потому что будущая система, мы считаем, она должна быть особенно основана на мультиагентном принципе управления. Я позднее остановлюсь на том, что такой мультиагентный принцип. Таким образом, система – это комплекс технологических преобразований, это экономические отношения, это отношения между энергетикой и внешним окружением и общая объединяющая всю эту систему управления. Вот объединение такой общей системы управления с очень четкими, внятными позициями, которые поддерживаются во многих случаях автоматическими регуляторами, это и есть тот возможный вариант будущей энергетики, мы сейчас говорили на предыдущей сессии, что кто-то не управляет, кто-то не видит, кто-то не понимает и так далее. Вот это должно в конечном итоге снять эти проблемы. И фактически мы говорим о формировании новой информационно-энергетической структуры, в основе которой стоят современные силовые информационные технологии, системы эффективных рынков и интеллектуально-адаптивная распределенная система управления и координации. И все это на принципах мультиагентной системы управления, которая определяется программными и программно-техническими интеллектуальными роботами, которые называются агентами мультиагентной системы.
В чем здесь еще отличие действующей системы от будущей? В том, что сейчас система управления в основном построена на принципах жесткой логики, то есть заранее закладывается какая-то логика управления и минимальная возможность реакции этой системы на внешнюю среду, то есть логика сама по себе, среда сама по себе. Конечно, есть такое взаимодействие, но далеко не всегда оно обеспечивается достаточно нормальной корректировкой. А адаптивная логика – это вот новая логика, которая формируется именно средой агентов и взаимодействие системы управления системой оперативного персонала, и системам управления агенты могут подсказать, в том числе и как должен вести себя оперативный персонал. При этом проектирование системы происходит по неявно заданным критериям, система является самонастраиваемой.
Принципы организации такой системы – это разделение общей системы управления на ряд элементов разной функциональности и уровня интеграции, которая называется агентами мультиагентной системы управления. Распределение агентов по типам управляющих и управляемым и зонам компетенции, которая обеспечивает требуемый временной период, заданную функциональность. Степень взаимодействия между этими агентами может постоянно меняться, в том числе агенты могут один резервировать, заменять другого и брать на себя выполнение функции, которые в какой-то определенный момент могут быть утеряны агентами низшего уровня. При этом система строится исходя из технологий, экономик, рынков и надежности. В этих всех направлениях действуют агенты разных уровней на разных позициях управления. Большую роль играет для этого информационно-технологическое пространство, в котором собирается вся информация и агенты взаимодействуют на основе этой информации. И дальше традиционная генерация должна иметь более высокую степень маневренности и возможность регулирования особенно для гидрогенерации на принципах асинхронизированных генераторов с возможностью регулирования реактивной мощности и очень качественного регулирования частоты. И нетрадиционная распределенная генерация, которая должна обеспечить взаимодействие с традиционной энергосистемой и все это должно работать в общей системе управления. Сетевые компоненты – это насыщение разного рода активными устройствами, которые меняют параметры системы. Дальше нужно сказать, что особые условия предлагаются в этой системе с точки зрения надежности и качества, потому что это показатели, которые сегодня существуют, но на них мало обращают внимания. И поэтому, разрабатывая систему, нужно обратить внимание на установление объективных показателей надежности и качества, учета данных показателей, ведения механизма распределения ответственности за исполнение показателей и готовности потребителей оплачивать необходимый уровень надежности, потому что разные потребители и требования надежности совершенно разные. Но собственно, что еще я хотел сказать, что прообраз такой системы создается, создаются правила, создаются условия, разрабатывается сейчас специальный полигон, на котором будут отрабатываться все эти технологии, дальше это будет выполнено в виде какого-то пилотного проекта на отдельной зоне, предполагается в первую очередь на зоне ОС Востока. И все это должно создавать различные условия для всех участников рынка электроэнергетики, для всех субъектов энергетики. Поэтому вот мы, разрабатывая эту структуру такой энергетики начиная с позиции Федеральной сетевой компании, в принципе, призываем всех, кто заинтересован в этом принять участие в разработке такой системы и в дальнейшем качественного его исполнения. Спасибо.
Ведущий. Спасибо, Владимир Валерьянович. Я знаю, что концепция была рассмотрена на объединенном заседании НТС ФСК и Академии наук, и рекомендована в качестве идеологической основы, технологической платформы интеллектуальной энергетической системы России. Вот сейчас такова судьба и когда мы сможем в общем-то эту концепцию увидеть с тем, чтобы мы могли участникам технологической платформы ее предоставить, чтобы они могли подключиться к этой работе?
Дорофеев. Концепция была действительно рассмотрена на совместном заседании Научно-технического совета Федеральной сетевой компании и Российской академии наук. Была одобрена, но как она дальше будет продвигаться, как она будет исполняться, это будет зависеть и от субъектов рынка. Вот вопросы о том, когда она будет представлена технологическая платформа для организации обсуждения, но это вопрос, наверное, к Федеральной сетевой компании, потому что они собственно были заказчиками этой работы и они являются владельцами продукта. Еще раз говорю, что если все субъекты будут заинтересованы в этой работе, то, я думаю, что Федеральная сетевая компания будет продвигать, в том числе и через технологическую платформу.
Ведущий. Спасибо большое. Следующее слово предоставляется Веселову Федору Вадимовичу, заведующему отделом развития и реформирования электроэнергетики ИНЭИ РАН.
Веселов. Добрый день. Рад видеть знакомые лица, которые были и год назад на этом же совещании. Это значит, что и вообще в этом году побольше осталось народу на нашу секцию, это значит, что, во-первых, новые люди приходят, во-вторых, старые не теряют интереса. Я хотел бы немножечко вернуться к тому, что говорил в прошлом году, и тогда действительно было много непонятного, куда вообще Россия может двигаться в этом направлении создания интеллектуальных сетей, интеллектуальной энергетики. Год прошел, и за этот год уточнились достаточно важные моменты. Прежде всего, уточнился идеологический момент, действительно, как сегодня говорили уже, разработана по инициативе ФСК концепция создания интеллектуальной электроэнергетической системы на основе активно-адаптивной сети. Появился и очень важный интеграционный механизм в отрасли – механизм совместных действий разных субъектов электроэнергетики, научных организаций, экспертного сообщества в виде технологической платформы. И вообще появился некий оптимизм о возможных источниках финансирования достаточно больших объемов работ по разработке, внедрению новых технологий, новых систем управления, по запуску пилотных проектов и тиражированию результатов масштабов всей энергосистемы. В принципе, в этот же год были сделаны и первые очень предварительные экономические сравнения затрат и выгод России от создания интеллектуальной электроэнергетики. По тем оценкам, которые сейчас есть, соотношение прямых выгод и затрат где-то 2,3 к одному. И эта оценка, на наш взгляд, наверное, консервативна и будет уточняться по мере следующих этапов проектирования энергосистем с выбором состава оборудования, новых технологий, объемов их эффективного внедрения в систему управления, взаимодействие сети потребителей генерации и так далее. А также с учетом так называемых экстернальных, внешнеэкономических эффектов – эффектов возникающих не только в отрасли, но и во всей экономике, вплоть до того, что формируются фактически новые рынки для нового высокотехнологичного оборудования, информационных технологий, связи и так далее. Конечно, очевидно, что создание интеллектуальной энергетики – это проект отраслевого масштаба, проект государственного масштаба. И, по моему мнению, создание интеллектуальной электроэнергетики в России должно рассматриваться как часть работы по модернизации всей экономики страны, поскольку этим самым формируется новая интеллектуальная энергетическая инфраструктура для новой умной экономики XXI века. И это понимание мы наглядно видим во всех ведущих странах, где государство активно участвует в формировании повестки дня и является драйвером и центром кристаллизации усилий по развитию интеллектуальной энергетики, но вот в России мы пока (это в прошлом году говорилось и в этом году) наблюдаем по-прежнему пассивную позицию государства в этом вопросе. И фактически основная активность инновационных усилий в этой сфере она размазана между программами инновационного развития отдельных компаний, прежде всего ФСК, МРСК. Это на самом деле хорошо, потому что делается хоть что-то. Но есть ряд рисков, которые с этим связаны и могут очень сильно и очень дорого в последствие нам аукнуться. Прежде всего, то, что в случае такого размазывания инновационной активности, задачи, которые имеют отношению к интеллектуальной электроэнергетики, в каждой компании решаются применительно к своим собственным корпоративным интересам. И очень часто есть риск подмены задач интеллектуализации решением задач хорошего технического перевооружения существующих производственных фондов. Попутно возрастают риски дополнительных инвестиций в будущем от несогласованности технических решений, информационных решений, разных стандартов, разных типов оборудования и так далее. Но и главный риск, системный риск – то, что рассыпав вот это мозаику только по кусочкам в отдельные компании, мы рискуем исключить из интеллектуализации целый важнейший сегмент электроэнергетики. И одним их таких главных сегментов является потребление и потребитель, поскольку потребитель – это основа, ради которой выстраивается электроэнергетика, а интеллектуальная электроэнергетика должна быть действительно подлинно клиентоориентированной не на словах, а на деле.
И когда мы говорим о роли потребителя в интеллектуальной электроэнергетики, мы очень часто употребляем слово «активный потребитель», и здесь, действительно, возникают новые возможности для того, что изменить модель потребителя на рынке: от пассивного потребления к активному двустороннему взаимодействию со всеми субъектами электроэнергетики. Это достигается несколькими техническими возможностями. Первое – это возможности управления своими нагрузками: промышленными, бытовыми, освещение, отопление и так далее. Второе – это возможности, связанные с развитием собственных источников распределенной генерации, в том числе возобновляемой энергетики. Третье, это использование технологических возможностей аккумулирования электроэнергии разными типами аккумуляторов. Обладая этими возможностями в рамках новой электроэнергетики, активные потребители фактически могут вступать во взаимодействие с традиционными рынками, с традиционными субъектами электроэнергетики совершенно на другой основе: они могут не только потреблять, но и предлагать. Они могут предлагать на рынке электроэнергии дополнительные мощности, дополнительные возможности по производству электроэнергии, они могут предлагать услуги по снижению спроса, выравнивая графики своих нагрузок, они могут активно участвовать в рынке системных услуг, предлагать свои возможности по регулированию частоты напряжения, а также по обеспечению бесперебойной работы в тяжелых авариях отдельных сегментов в режиме энергетического острова, они могут вступать во взаимодействие с Сетевой компанией, не только потребляя услугу по передаче электроэнергии, но и предлагая свои услуги по участию в оптимизации текущих и перспективных режимов электрической сети. Эти возможности приводят к достаточно большим потенциальным эффектам экономическим для сетевых компаний, для системного оператора и это то, что действительно может и должно оцениваться количественно, использоваться как один из факторов привлекательности развития интеллектуальной энергетики, вовлечение активных потребителей.
Но есть еще один очень важный аспект, связанный с формированием вот этого массового потребителя, активно участвующего в рынках, он связан с тем, что помимо того, что активный потребитель создает дополнительную конкуренцию традиционным поставщикам, здесь еще возникает дополнительная конкуренция между разными торговыми площадками, между разными рынками, потому что здесь появляются возможности создания микрорынков на уровне микронид и так далее, локальных рынков, и, естественно, возможности традиционного оптового рынка. И часть задач, которая сейчас решается централизованно либо через систему диспетчерского управления, либо через централизованный рынок системных услуг, либо через оптовый рынок электроэнергии, часть задач по энергоснабжению, по обеспечению надежности могут решаться на этих более низкого уровня рынках, более локальных рынках. И это в свою очередь создает дополнительную конкуренцию для опять же традиционных поставщиков и традиционных форм взаимодействия с потребителями. Необходимых условий для формирования потребителей достаточно очевидны и их много. И в этом сложность то, что говоря о реальном появлении активного потребителя, массового активного потребителя нужно решить целый ряд задач, чаще технических – это повышение технологических возможностей у потребителей для автоматизированного употребления своими нагрузками и оперативного управления вплоть до подстройки под режим реального времени. Второе условие – это условия информационно-коммуникационных возможностей взаимодействия с энергосистемой, с субъектами электроэнергетики. Третье важнее условие – это серьезное изменение модели ценообразования, переход к динамическому ценообразованию, которое бы создавало реальные стимулы для потребителя активно и оперативно реагировать на спрос по цене, а кроме того это изменение тарификации услуг по передаче распределению электроэнергии, где вот тот позитивный вклад потребителя должен как-то рассчитываться и оцениваться. Но и, наконец, это решение вопроса о плюрализме торговых площадок, о создании множества разных форматов взаимодействия потребителей по электроэнергии, по системным услугам как на оптовом уровне, так и на уровне региона, на уровне города и так далее. Но и последнее, это обобщающая такая картинка, которая показывает только основные задачи: здесь и технические задачи, и регулятивные задачи, которые должны быть решены в ближайшее уже время при последующих этапах проектирования и создания интеллектуальной энергосистемы применительно к активным потребителям. И достаточно очевидно, что эти задачи – это не задачи, которые интересны ФСК, это не задачи, которые интересны только потребителям, это действительно большой комплекс задач межотраслевых, в их решении вовлекаются практически все субъекты электроэнергетики. И, мне кажется, было бы очень полезно, что технологическая платформа вот как тот интеграционный механизм в качестве одного из ближайших приоритетов своей деятельности поставила перед собой именно вот эту задачу – формирование всей среды технической, экономической, регулятивной для появления массового слоя активных потребителей в электроэнергетике России. Спасибо.
Ведущий. Спасибо, Федор Вадимович. Следующее слово я предоставляю Вариводову Владимиру Николаевичу, первому заместителю генерального директора Всероссийского электротехнического института интеллектуализации силового электротехнического оборудования как стратегический аспект развития энергетики в России.
Вариводов. Дорогие коллеги, я хочу несколько слов сказать о технологических аспектах, связанных с развитием интеллектуальных электроэнергетических систем. Технологической основой является, прежде всего, силовая электротехника и энергомашиностроение. Не далее как полгода назад, может быть, чуть побольше в Москве прошел Всемирный электротехнический конгресс, на котором присутствовал президент CIGRE – это крупнейший международный совет по электроэнергетическим системам. Президентом было заявлено, если говорить о самых крупных тенденциях, две тенденции: первая – это создание интеллектуальных электроэнергетических систем и, во-вторых, это создание или интеграция энергетических систем между собой. Эти две тенденции определяют развитие мировой электроэнергетики. Если мы помним, может быть, всего лет 10-20 назад существовал еще один флаг или одна тенденция важная, она была связана с повышением напряжения систем рабочего напряжения, мы дошли где-то до предела, и сейчас мы говорим о других главных тенденциях, именно они будут в ближайшее время определять все развитие. Следует сказать, что создание интеллектуальных энергосистем, конечно, не является единственной тенденцией. На этом слайде вы можете видеть, что сюда входят и создание нового оборудования взамен высоковольтного – так называемого высокоамперное. Эти тенденции можно видеть уже на протяжении последних примерно десяти лет. Это вопросы, связанные с повышением надежности как комплекса. Все эти тенденции, конечно, сегодня имеют место, но превалирующие тенденции (здесь я пытался вывести) – это вопросы авто управляемости, экологии и применения новых * технологий лежат в основе, конечно, создания интеллектуальных электроэнергетических систем. Если говорить о технологичной основе, электроэнергетическая система как техническая система достаточно сложная система, конечно, развивается по пути создания некого искусственного интеллекта, который должен базироваться на определенных алгоритмах поведения, технологических устройств как управляющих на более высоком уровне, так и на уровне потребителя. И в этом плане, конечно, эта система не исключение. И развитие ее примерно базируется вот на тех направлениях, которые здесь на схеме показаны. Я не буду детализировать.
Я здесь привел то определение, которое мне понравилось, когда я смотрел пояснительную записку к дорожной карте, по-моему, в Соединенных Штатах, которые проводят работы в этом направлении. Оно, мне кажется, охватывает основные понятия. Конечно, определения могут быть различными. Я вполне согласен с теми определениями, которые видел в материалах Владимира Валерьяновича, представленные на НТС. Но мне кажется, достаточно просто можно ее примерно отразить в этом виде.
Технико-экономические преимущества, но здесь о них уже говорилось, я хотел бы выделить самые основные – это более высокие надежность и качество электроснабжения, безопасность эксплуатации, высокая энергоэффективность энергосбережения и минимально отрицательное воздействие на окружающую среду.
Но здесь я не буду говорить об основных интегральных характеристиках, много говорилось до меня и детализировать, наверное, не стоит.
Я на этом слайде чуть более детально остановлюсь. Хотел бы отметить, что мы говоря о переходе к интеллектуальным электроэнергетическим системам, должны говорить о переходе на новый технологический уклад. На мой взгляд, он базируется на четырех основных составляющих – это новый технический уклад, это применение новых информационных технологий для управления связи защиты мониторинга состояния и учета, это адаптация силового оборудования к новейшим автоматизированным системам, фактически это создание интеллектуального силового оборудования, это формирования достаточной и в нужном формате базы данных, это обеспечение безопасности эксплуатации энергосистем и совершенствование программного обеспечения – вот эти позиции, на мой взгляд, отражают именно новый технологический уклад. Я говорю вам о технологических аспектах. Я реально представляю ту зону, которая работает в области силового технического оборудования, поэтому под интеллектуальным оборудованием следует понимать оборудование, которое имеет встроенную систему управления защиты мониторинга, то есть они реально управляемые, обеспечивающие максимально возможный контроль состояния всех систем, самодиагностику, выдачу сигналов на дальнейшее действие по заранее заданному алгоритму, в случае появления аномальных технологических нарушений, а также имеющие интерфейс, обеспечивая взаимодействия не только * верхнего уровня, но и с другим силовым оборудованием, например, подстанционным оборудованием.
Здесь показан просто пример, как мне кажется, если вот так понимать интеллектуальное силовое электротехническое оборудование, из каких компонентов, например, в зоне распределительных сетей должно состоять это оборудование, что оно должно из себя представлять.
Здесь пример (я не буду о нем детально говорить) – просто показана та система, которая уже разработана и реализована в интеллектуальном силовом трансформаторе, который позволяет именно в режиме реального времени осуществлять и управление, и защиту, и мониторинг состояния, иметь удаленный доступ и управлять, используя удаленный доступ к этим трансформатором. Я не хотел бы здесь детально об этом сейчас говорить, но такие разработки уже сейчас ведутся.
Но и мое понимание, может быть, конечно, следует говорить об электроэнергетической системе в достаточно широком понимании, это не только сети, это не только магистральные распределительные сети, это генерации, это потребление, это как бы нижний уровень. Верхний уровень включает управление системой технологический: сервис, рынок и бизнес, и также межсистемное управление, в том числе межгосударственное управление. Мне кажется, вот такие блоки должны лежать в технологической основе создания комплекса оборудования для интеллектуальных электроэнергетических систем.
Но и здесь раскрыто просто для магистральных сетей некое понимание технического комплекса одного из блоков – блок системообразующих линий электропередач. Он включает, соответственно, подстанции, линии электропередач, системы мониторинга, управления, измерения защиты, формирования той же самой базы данных, о которых я говорил, оборудование системного технологического управления – все это требует, конечно, детальной проработки.
Хотел бы сказать следующее в заключение, что сегодня примерно два года назад на совещании главных конструкторов от руководства Владимира Владимировича Путина было принято решение о создании специальной программы развития силовой электротехники и энергомашиностроения. К сожалению, вот уже два года она находится на стадии согласования, но сегодня как бы активность сейчас возросла и есть ощущение, что мы все-таки эту федеральную программу доведем до завершения. Сейчас активно проводятся работы между Минэнерго, Минпромторгом, Минобрнаукой и другими профильными министерствами. Мне кажется, формирование этой программы, которая уже сегодня ориентируется на применение оборудования, в котором имеются встроенные системы, позволяющие адаптировать, например, к цифровым подстанциям, фактически к интеллектуальным энергосистемам, даст определенный шаг к реализации той задачи, о которой мы сегодня говорим на данной сессии. Спасибо за внимание.
Ведущий. Спасибо, Владимир Николаевич. И следующего докладчика я хотел бы представить Сницкий Андрей Викторович, директор по информационным технологиям, инновациям и операционной эффективности ОАО «МОЭСК». По моему мнению, МОЭКС является одной из лидирующих компаний с точки зрения и концептуальной, и практической проработки проектов в области *.
Сницкий. Добрый день, уважаемые коллеги. В продолжение вводной части, которую Алексей Викторович у нас обозначил, практической части предлагаю действительно плавно перейти от теории к практике. И предлагаю вашему вниманию проект «МОЭСК-EV» * – проект «МОЭСК – электромобили». Практическая часть, также и практическая реализация идей и теорий крайне важна, потому что в теории можно засидеться и ничего не сделать, и безнадежно отстать от тех мировых тенденций, которые в последнее время все более отчетливо наблюдаются. Значит, действительно в этом проекте и в этом начинании во многом как бы спусковым крючком послужил рынок. Значит тот интеллектуальный потребитель, о котором все мечтают, он уже по нашим расчетам в течение пяти лет появится на нашем рынке. Это * оцифрованный электрический транспорт. И именно следуя этим тенденциям, следуя этому прогнозу мы, МОЭСК, в распределительных сетях обращаем на это пристальное внимание и ведем практическую проработку. Значит, вкратце о преимуществах электротранспорта. Это низкие затраты на топливо, прежде всего, это основное преимущество электротранспорта, это примерно пятикратное преимущество с разной степенью разбега, но это очень важно. Низкие затраты на эксплуатацию, существенно более высокий КПД в рамках использования в автомобиле, очевидные экологические преимущества и возможность, что крайне важно для распредсети, для сетевиков использование в качестве интеллектуальной инфраструктуры и более рациональной загрузки сети, использование в качестве управляемого элемента сети или управляемого потребления, и в том числе использование в качестве поддержания энергосистемы – это технология *.
Тенденции, я вкратце о них сказал. Подробно останавливаться не буду. Действительно, эта технология и этот вид транспорта очень широко шагает по миру. Значит, практически все ведущие компании и технологические, и энергетические ведут разработки НИОКР и очень много пилотных проектов, в частности, посмотрите, это ведущие развитые страны, развивающиеся – это Китай с его очень серьезными амбициями. Везде в мире мы наблюдаем, что энергетические компании являются * и лидерами в развитии данной технологии. Перечислять не буду, все сплошь энергетические бренды. Именно эта ситуация, ее изучение, наши прогнозы заставили компанию обратить внимание на данный сегмент развития электропотребления.
В Московской энергосистеме коэффициент неравномерности, коэффициент так называемый заполнения 0,65. Он не очень низкий, но, тем не менее, нам представляется и в теории, и везде в мире считается, что использование автомобильного транспорта позволит увеличить этот коэффициент заполнения и более рационально использовать имеющиеся электросетевые активы, повысить фондоотдачу от этих активов. Кроме того для Московской энергосистемы характерны существенные перетоки реактивной мощности. И мы в данной перспективе, конечно, смотрим на технологию использования этой зарядной инфраструктуры в качестве средств компенсации реактивной мощности. По нашим расчетам к 2020 году по Москве и региону будут бегать от 20-ти до 50 тысяч электромобилей в соответствии с их зарядной мощностью, это представляет собой серьезный флот для возможности использования и в качестве средств динамической разгрузки, и в качестве средств, наверное, компенсации реактивной мощности, поддержания уровня напряжения. Но еще раз подчеркиваю, это не ближайшая перспектива. Также вы понимаете и все ощущаете на себе те экологические последствия, которые несет на себе наш бензиновый транспорт, практически не знаю как там у нас Евро-4, но сегодня экологическая ситуация ухудшается, поэтому данный проект носит и социальный характер, и положительное влияние оказывает на экологию, и я думаю, что общественность и граждане поддержат этот проект. Безусловно, он нуждается в поддержке государства, но об этом в следующем докладе.
Что несет этот проект населению? Вкратце о преимуществах. Населению это дает затраты на владение единицей транспорта, улучшение экологии, комфорта. Городской инфраструктуре – улучшение экологической ситуации и улучшение условий жизни. В качестве общестранового эффекта можно отметить – это новые рабочие места, повышение энергоэффективности и практические инновации. Безусловно, производители и технологические, и инженерные компании – это развитие нового сегмента рынка. Какие преимущества видит для себя энергокомпания и сетевая компания, в частности? Это возможность, повторюсь, существенно повысить эффективность использования электрических распределительных сетей за счет управляемой распределенной нагрузки, увеличение полезного отпуска, для нас, сетевиков и энергетиков, безусловно, увеличение спроса на нашу продукцию и возможности как бы организовать ее потребление более равномерно и более рационально. Но и технологии *, о которых я уже сказал.
Хотел бы обратить внимание еще на один аспект, что подвигло МОЭСК для реализации этого пилотного проекта – это помимо тех преимуществ, которые несет, мы опасаемся хаотичного развития зарядной инфраструктуры для электротранспорта. На предыдущих слайдах я уже представлял практически все ведущие автопроизводители производят, они становятся все дешевле и стоимость владения их очевидно в ближайшие годы будет меньше гораздо, чем бензинового транспорта. Так вот хаотичное развитие этой инфраструктуры, на наш взгляд, недопустимо, в этой связи МОЭСК затеял пилотный проект, о котором я сейчас вкратце доложу. В проекте мы планируем и уже реализовали частично создание тестирования сети зарядных станций в городе Москва, разработка программного обеспечения по централизованному управлению зарядными станциями, которое обеспечивает нам управление инфраструктурой как элемента Smart Grid, мы планируем разработку собственной конфигурации, собственной модели зарядной станции той, что устроило бы город и устроило бы нас в качестве базовой технологии. Не все представленные на данный момент модели на рынке нас устраивают, мы их опробовали, в том числе в зимнее время, в том числе электромобили в зимнее время. Мы разрабатываем бизнес-модель как может энергокомпания предметно участвовать в этом рынке в качестве того, какие профиты мы получим и какой будет результат для компании общеэкономический, социальный и так далее. Мы планируем, что очень важно, разработать набор типовых решений по технологическому присоединению этих зарядных станций, потому что монополии нет, и граждане, и компании будут ставить такие зарядные станции, будут заряжаться. Вопросы унифицированности и быстроты технологического присоединения крайне важны и для МОЭСК, в частности, поскольку сегодня очень большие баталии по поводу антимонопольного законодательства, его выполнения обязательного без задержек и так далее, что может быть связано и с отсутствием типовых решений, реализуемых быстро и за определенную плату. Мы рассчитываем внести существенный вклад в улучшение экологической обстановки в городе, сократить выброс CO, планируем при определенных масштабах – это, наверное, с 500 или тысячи зарядных станций получить карбоновый эффект и, возможно, консолидировать и привлечь финансирование с этих рынков единиц сокращения выбросов, хотя этот рынок проходит переходную такую стадию, но, тем не менее, нам представляется перспективный. Увеличение полезного отпуска в сети – все эти преимущества, о которых я говорил.
Значит на этом слайде представлено вкратце * от использования электромобилей – экологический эффект, на 70% вредных выбросов электромобиль с его инфраструктурой потребляет меньше. Вы скажите: «Да. Но как же электростанции?» Но наибольший вред здоровью приносят выхлопные газы, которые распространяются в приземном слое в нашей среде обитания и, безусловно, в меньшей степени электростанции централизованные, расположенные, как правило, на периферии и где экологические мероприятия носят все больший масштабный эффект. Значит в доказательство того, что это существует, я представляю скриншот нашего портала. Он в ближайшее время будет доступен всем гражданам и организациям. Это наш фуд(?) зарядных станций, в презентации 22 зарядных станций уже установлено, МОЭСК эксплуатирует автомобили. И у меня по этому проекту все. Мы планируем по результатам знакомить общественность, знакомить Правительство Москвы и Минэнерго с результатами проекта, с тем, чтобы выработать подходы в рамках общегосударственной программы. Мы считаем пилотным таким звеном, пилотной площадкой, готовы отработать все за и против с тем, чтобы выйти на более такие утилитарные результаты и на применение этой технологии в нашей стране. Спасибо.
Ведущий. Спасибо, Андрей Викторович. Я приглашаю следующего докладчика – Саженков Валерий Александрович, директор по внешним связям и взаимодействию с органами государственной власти Schneider Electric.
Саженков. Добрый день. Я действительно представляю российское отделение французской электротехнической компании Schneider Electric. И большое спасибо организаторам за представленную возможность поделиться соображениями нашей компании вот в этой теме, связанной с энергоэффективностью и умными сетями. Мы подходим к энергетике вообще, что в XXI веке она должна быть, прежде всего, эффективной, но и, стало быть, умной. Каков же взгляд Schneider Electric на эту проблему? Но, во-первых, два слова о нашей компании. Это мировой электротехнический концерн со штаб-квартирой во Франции. 20 миллионов евро годовой оборот. Но вы цифры здесь видите. Хочу сказать, что у нас очень такое равномерное географическое покрытие по странам мира и самое интересное, пожалуй, из этих цифр, которые вы видите на экране, 5% от оборота, не от прибыли, а от оборота компания тратит на новые разработки, на научные исследования и на внедрение инновационных технологий. Это миллиард евро в год – это очень серьезно.
Schneider Electric в России. Мы пришли сюда в 1993 году. Сегодня 3000 штатных сотрудников, три собственных завода. Наша философия заключается в том, что мы размещаем производство электротехнического оборудования в тех местах, в тех странах, в тех регионах, которые являются центрами его потребления. Сегодня в России создано все необходимое для поддержки наших заказчиков, производства – весь комплекс электротехнического оборудования для распределительных сетей. Я хочу подчеркнуть, именно для распределительных сетей мы производим сегодня на территории России, три крупных логистических центра, сервисная поддержка, обучение, но и, безусловно, мы начали очень серьезную работу по созданию научно-технического центра в России. Географическое покрытие – 20 филиалов. К 2015 году мы будем присутствовать в 40 городах России. Что мы видим сегодня, когда строим свою работу? Мы сегодня наблюдаем пять таких серьезных мегатрендов в развития общества – это географическая экспансия, интернационализация бизнеса, это проникновение цифровых технологий во все сферы жизни, это спрос на услуги – не на конкретные железки, не на конкретные оборудования, заказчику нужна в конечном счете услуга. И он требует и ценит. Это устойчивое развитие, о котором здесь много говорили и, наконец, мы видим во всем мире возрастает роль регуляторов, возрастает роль правительств в России, роль государственной власти, она, действительно, очень высока. И вот мир сегодня стоит перед энергетической дилеммой. К 2050 году потребление энергии возрастет в два раза на земном шаре, а если говорить об электроэнергии, то это состоится к 2030 году. И одновременно к 2050 году стоит задача снизить выбросы углекислого газа в атмосферу тоже в два раза, чтобы не было необратимых изменений климата. Значит вот эту задачу нам всем: не только энергетикам, но и всему населению надо решать.
Причины роста потребления энергии – рост неизбежен. Причины понятны: возрастет население с семи миллиардов до восьми, больший процент населения будет жить в городах, больше населения Земли будет получать доступ к энергии. Я вам скажу одну простую цифру: сегодня миллиард людей на Земле вообще не имеют доступа к электричеству. А они захотят этот доступ получить и получат его. Но и простая банальная вещь: сегодня при традиционном способе производства, передачи и распределения электроэнергии мы видим, что если мы на входе загнали 100 единиц энергии, на выходе до потребителя мы доносим только 33. То есть одна сэкономленная единица у потребителя – это три сэкономленных единицы условного топлива. Потенциал энергосбережения в России огромен. По нашим оценкам, они совпадают, безусловно, с оценками, которые проделало Правительство, готовя программу национальную по энергоэффективности, 40-45% с использованием существующих технологий, не изобретая ничего нового, мы можем со временем постепенно сэкономить. Вы знаете, это цифра равна годовому потреблению Франции – промышленно развитой индустриальной страны. Но энергоэффективность и интеллектуальные сети – это два ключевых таких вектора, по которому и будет развиваться энергетика. Я это пропущу.
Вот исследователи говорят и эксперты тоже, три основных кладези там, где мы можем сэкономить энергию – это, конечно, промышленность, энергоемкая промышленность, транспорт и, безусловно, различного рода строительства. Сегодня от 30% до 50% при умном и грамотном подходе при новом строительстве можно уже экономить электропотребление. Мы сами не стоим на месте – подаем пример. Вот здесь наш новый офис в Париже, где штаб-квартира у нас работает. Что мы сделали? Мы сделали умный дом, мы сделали энергоэффективный дом. И сегодня потребление электроэнергии на один квадратный метр в год мы довели эту цифру до 80 киловатт-часов – запомните эту цифру. Средняя цифра в офисах в Российской Федерации – 250-380 киловатт-часов на один квадратный метр. Давайте начнем с себя: офис ФСК, офис Холдинга МРСК, офис МОЭСК и других присутствующих здесь компаний – вот начнем с себя и покажем, как это сделать. Это здание первое в мире, которое сегодня сертифицировано по стандарту ISO 50000.
Но и два слова об интеллектуальных сетях. Во-первых, есть три причины, почему сети должны становиться интеллектуальными. Вы видите, я не буду читать слайды. Есть три ускорителя, которые этому способствуют. Электрическая сеть. Традиционна и до сих пор электроэнергетическая система является однонаправленной: от генераторов энергия передается в передающие сети, затем поступает в распределительные сети, потом уже к потребителю. Сегодня сети меняются, появляются возобновляемые источники энергии, появляются распределенная генерация и самое интересное, появляются новые типы потребителя, так называемые активные потребители, о чем здесь господин Веселов очень хорошо сказал. Я просто радовался, когда слушал его доклад. Это не сегодня. Это будет завтра. И особенно это будет послезавтра. Сети становятся разнонаправленными, по крайней мере, двунаправленными. И вот это обстоятельство оно будет подталкивать нас к созданию именно умных сетей.
Посмотрите вот эти новые веяния – активные потребители, распределенная генерация – это не проблема ФСК. ФСК этих вещей вообще не видит. И здесь надо больше говорить о специфике создания умных сетей для распределительных, электрораспределительных компаний. Там другие задачи. Для ФСК это обеспечение стабильности, динамической и статической устойчивости, вопросы умного выкачивания электроэнергии из генерирующих мощностей. Здесь совсем другая специфика. И мне бы хотелось, чтобы мы понимали, что для распредсетей нужны свои умные умности.
И хотел бы закончить одним этим зеленым слайдом. Мы много здесь говорили два дня о проблемах электроэнергетики, но я не услышал практически ни одного сообщения, ни одного тезиса о бедах и проблемах распределительных сетей среднего и низкого напряжения – это сети 6, 10 и 20 киловольт. А ведь вы знаете, что вся энергия, которая генерируется и передается, она, в конечном счете, прокачивается, я бы сказал, продавливается к потребителям через эти сети. Количество электросетевых объектов там в разы, в сотни, в тысячи раз больше, чем на объектах ФСК. Что же мы видим, что происходит в мире и о чем нам надо задуматься. Нам нужно радикально сократить протяженность сетей 0,4 киловольт. Сети 0,4 киловольта – это печка, которая топит атмосферу джоулевыми потерями. Это сети, где мы наблюдаем большие потери напряжения, это тяжелые нехорошие сети – их надо убивать. Таким образом, второй тезис – приближая среднее напряжение 6-10-20 киловольт как можно ближе к потребителю. Что делаем мы во Франции? Населенный пункт, поселок – идет легкая линия тоненькими проводами 20 киловольт вдоль деревни. И у каждого третьего дома висит на столбе на крючках маленький трансформатор 40 кВа на три дома, пошли дальше – снова маленькая ктпешка, мачтовое КТП, как мы говорим, и так далее. Очевидные преимущества со всех точек зрения. Сегодня наша компания готова дать такое решение под ключ, если, например, уважаемая компания МОЭСК будет выдавать какому-нибудь дачному коттеджному поселку престижному условия на присоединении, мы готовы этот тезис попытаться реализовать.
Повышение напряжения. Мы когда-то ушли от 3 киловольт, стараемся уйти от 6 киловольт, но опять же вся Европа, опыт Франции, Италии, Испании, Португалии, других стран – везде используется 20 киловольт. Почему? В мегаполисах плотность электрических нагрузок уже такая, что без этого уровня напряжения распределять невозможно. Длинные сельские сети протяженные – десятки километров, без этого напряжения невозможно обеспечить качество напряжения в конце линии. Сегодня, к счастью и не без нашего влияния, и не без влияния «Электрисите де Франс», компании * и другие сегодня в Москве активно внедряется это напряжение. Значит, все новые центры питания в Москве сегодня строятся с выходом 20 киловольт. Появился пилотный проект в Новосибирске на 20 киловольт. Я бы тоже рекомендовал региональным энергетическим системам и Холдингу МРСК задуматься над этой проблемой. Сетевые объекты в среднем напряжении в городских сетях ТП, РП, сетевые пункты они очень легко поддаются стандартизации, типизации и очень легко поддаются индустриализации, когда КТП – подстанция 20/0,4 изготавливается на заводе под ключ, вывозится на объект и в течение трех дней включается в работу. Сегодня в Москве этот проект уже реализован, он уже реализован в ряде других городов – к этому надо стремиться. Проектировщики должны об этом думать.
Но и последнее об умных сетях. Все электрооборудование (господин Вариводов очень хорошо об этом сказал), которое мы сегодня производим и которое мы внедряем в сети, должно быть заведомо умным еще на заводе-изготовителе. Вот когда мы приходим сейчас покупать с вами телевизор в магазин, мы смотрим Full HD-Ready – наклеечка, он готов воспринимать изображение высокого качества. У нас еще на лестничной площадке в антенном кабеле нет такого сигнала, но мы знаем, что он будет через два года, и мы покупаем сегодня такой телевизор. Я знаю электросетевые компании в России, не буду их рекламировать, которые уже шесть лет покупают для своих распредсетей исключительно оборудование нового поколения, которое на заводе-изготовителе имеет встроенные интеллектуальные блоки для телеизмерения, телесигнализации и, самое главное, для телеуправления. Об этом надо думать сегодня, потому что 60% нашего оборудования сегодня – это старые камеры КСО и там бесполезно говорить о каких-то умностях в сетях. Надо сначала параллельно, по крайней мере, решать и эту проблему. Спасибо большое за внимание.
Ведущий. Спасибо Валерий Александрович. И у нас по программе еще один заявленный заказчик – Кузнецов Олег Николаевич. Его нет. Хорошо. Спасибо. Уважаемые коллеги, у нас есть время для того, чтобы задать вопросы, либо высказать какие-то суждения, если есть желание, то прошу. Нет желания? Да, * пожалуйста.
Суждение. Я бы хотел отметить, что проблемы, которые затронуты Schneider Electric, они не являются новыми. Они являются частью технической политики Холдинга МРСК. И все, о чем говорили, напряжение 20 киловольт – это базовая перспективное напряжение в городе Москва, сегодня сеть – это порядка 10 центров питания они уже только 20 киловольт, это вопросы взаимодействия сети существующей 6, 10 и 20, ее надежности схема двулучевая однозначно по условиям надежности и делать обособленную сеть сегодня представляется нерациональным. Планы города по развитию сети распределительной они все в 20 киловольт и наращивание этих мощностей – колец, соединительных пунктов и так далее. Что касается средней длины линии низкого напряжения, то официально заявляю, что в Москве это средняя длина – 300 метров в городе. Это соответствует среднеевропейским расстояниям. В области, безусловно, есть длинные шлейфы, то есть я сказал о средних длинах. Естественно, есть шлейфы в области и, безусловно, ваше предложение оно является частью политики, пожалуйста, давайте будем реализовывать. Тем более здесь на этом рынке есть и отечественные предложения, пожалуйста, конкурируйте. Это я так слово в защиту.
Саженков. Schneider Electric – это отечественное предложение, мы производим все в России, платим налоги в российскую казну, создаем рабочие места, несем социальную ответственность бизнеса – мы здесь.
Ведущий. Благодарю, коллеги. Владимир Валерьянович, пожалуйста.
Дорофеев. Я хотел задать вопрос представителю Schneider Electric. Вы когда говорили, что есть сейчас компании, которые практически уже только занимаются закупкой самого современного и интеллектуального оборудования, но в то же время Schneider Electric производит как такое оборудование, так и, скажем так, традиционное. Так вот ваша оценка. Сегодня у нас очень сложно сделать оценку затрат на новую энергетику. Ваша оценка. Вот разница в ценах на это оборудование, которое поставляете вы новое и то, которое традиционное, насколько это дороже?
Саженков. Знаете, конечно, более современное, наукоемкое и оборудование, обладающее дополнительными пунктами, наверное, оно несколько дороже, но тут надо говорить не о стоимости приобретения, а о стоимости владения. Я знаю, что холдинг МРСК именно на этом настаивает критерии при выборе технических решений реализации технической политики. Я хочу сказать простую вещь: то оборудование, которое мы сегодня предлагаем с 1995 года, уже парк установленный составляет более 70 тысяч единиц такого оборудования во всех крупных городах России, снижаются затраты на эксплуатацию, сокращается персонал обслуживающий, повышается надежность, поэтому надо говорить о стоимости владения. А цена – мы живем в условиях тендеров, конкуренция – наша родная стихия, мы готовы здесь наравне с другими производителями, я не люблю термин «иностранные», давайте говорить все-таки международные, также как многие российские компании стали международными, наверное, оборудование с новыми возможностями: газовый моноблок МР-6 на четыре функции, он, кстати, соизмерим по цене с четырьмя ячейками с традиционными КСО.
Дорофеев. Все, что вы сказали, я с этим абсолютно согласен. И вот только последнее вы как-то так почти подошли к ответу на тот вопрос, который я задавал. То есть блок такой-то соизмерим с четырьмя ячейками такой. То есть, в принципе, вы можете сказать, что само производство этого оборудования, я сейчас не спрашиваю сколько у вас стоит конкретное оборудование, когда вы говорите о тендерах. А я просто говорю, какие-то определенные типы оборудования, когда вы производили традиционные, у вас есть закупки по тендерам, в том числе и такого еще оборудования, и нового оборудования. Они отличаются на 5-10-20-50%?
Саженков. Нет, не в разы, безусловно. Это может быть разница в 10-20%. Но я не хочу приводить конкретное оборудование, чтобы не заниматься рекламной кампанией.
Дорофеев. Я о конкретном оборудовании не спрашиваю. Меня просто интересует порядок. Вы ответили, до 20%. Спасибо.
Ведущий. Спасибо.
Вопрос. Я хотел задать вопрос представителю МОЭСК по поводу электромобилей. Скажите пожалуйста, вот оценки будущего в Москве развития электромобилей существовали исходя из следующих обстоятельств: первое, пробег электромобилей сегодня примерно в четыре раза меньше, чем двигатели внутреннего сгорания, второе, время заправки примерно на порядок больше, чем время заправки для внутреннего сгорания. Тем самым в 40 раз уже будет напряженность на заправках. И последнее, для того, чтобы выровнять график нагрузки и использовать ночные провалы, нужны парковки, где они в столице?!
Сницкий. Все эти проблемы не являются препятствием для развития электромобильного транспорта. Первое, граждане будут в пригородах и в Подмосковье покупать и забирать у себя, и тем самым будут выравнивать график нагрузки. Что касается заправок, есть несколько видов заправок, есть несколько классов, и заправки, которые заряжают автомобиль за 15 минут, но несут нагрузку пиковую на сеть и здесь как раз, пожалуйста, а накопители! Используйте накопители. Мы будем использовать накопители. Второе, значит современные заправки, где-то четыре часа заправки – за ночь вам хватит заправиться, либо на парковках в бизнес-центрах и на стоянках. Москва, насколько я знаю, на Санкт-Петербургском форуме Сергей Семенович Собянин говорил о том, что будем развивать парковки, как это делается во всем мире: не спонтанно – централизовано. Это место для заправок.
Ведущий. И нас был вопрос еще в зале. Пожалуйста.
Соколов. Соколов Алексей Евгеньевич, * Свердловской области. В разговоре о развитии сетевого комплекса, да и генерирующего, к модернизации его, развитие интеллектуальных сетей, мне кажется, здесь присутствует пока такое одно белое пятно. Последний слайд компании Schneider Electric не вызывает противоречий в направлениях развития, укорочение сетей 0,4, повышение среднего напряжения, интеллектуализация управлением, но, мне кажется, надо обозначить, что оно имеет эффективность в своих границах применения. Например, во Франции это хорошо, в Московской области это хорошо, в Свердловской области есть несколько десятков населенных пунктов, у которых нет сетей к ним и их нерационально тянуть, неэффективно – очень большие расстояния. Здесь живет 50 человек. Но даже 20 киловольт не хватит на 110 киловольт, чтобы * падение напряжения передать. Но это только Свердловская область. А Сибирь! А еще кроме этого у нас гораздо больше населенных пунктов, в которых, на мой взгляд, в свое время как бы неоправданно притянуты сети. И здесь стоит задача, на мой взгляд, децентрализация, они в теплоснабжении стоят, и в электроснабжении – децентрализация сетей. Возникает задача создания локальных, автономных энергосистем, видимо, с генерацией со своей, а, может быть, и персональных энергосистем конечно же со сниженным потреблением на квадратный метр, о котором вы говорили, потому что там генерация своя, да, она дорогая будет. И здесь как никогда важна интеллектуализация. У нас есть примеры. Стоит дизель, все вы знаете, но дизелист запил, разморозил – катастрофа в населенном пункте. Это обычная ситуация, тут нет ничего такого. Это факты, с которыми можно сталкиваться. Здесь нужны другие решения. Может быть, там интеллектуальный, как на странно, компонент более важен – дистанционно через *, например, наблюдение, слежение и обслуживание систем без человеческого фактора местного, там нет специалистов. Вот, мне кажется, вот эта вот зона для России очень важна. И в связи с тем, что есть населенные пункты, которые не входят в эту зону и те, которые должны даже уйти из зоны централизованного электроснабжения. Спасибо.
Ведущий. Спасибо большое. Владимир Валерьянович.
Дорофеев. Я хотел вот комментарий к этому выступлению к последнему. Дело в том, что, во-первых, вы правы насчет того, что существуют у нас в России много таких зон, где централизованное снабжение – это пока еще даже мечта. Но с другой стороны, когда мы сейчас занимаемся проблемами интеллектуализации *, все те вопросы, в том числе и управление через удаленные какие-то способы, спутниковые системы и прочее это рассматривается. Поэтому не нужно говорить о том, что эта зона забыта. Она не забыта, просто на ней нужны другие особые решения.
Ведущий. Спасибо, Владимир Валерьянович.
Тюхов. Тюхов Игорь Иванович, МГУ инженерной экологии, кафедра ЮНЕСКО «Нетрадиционные и возобновляемые источники энергии». У нас тут стенд. Я не все доклады слушал, но что сегодня послушал, мне все понравилось. Значит, образование, как известно, оно немножко отстает консервативно, мы пытаемся как раз вот отслеживать самые современные тенденции. У меня дипломник сейчас вот считает как раз солнечную заправку для электромобилей. Вот интеллектуальные системы, я считаю, это то, что вот наша молодежь она быстрее нас осваивает компьютеры и вот туда надо идти, тоже вот интеллектуальные сети. А вопрос у меня к Владимиру Николаевичу Вариводову. В свое время на юбилее МИ(?) Анатолий Борисович Чубайс сказал, что мы выполнили план ГОЭРЛО-2. Это прозвучало не очень хорошо, в зале я видел реакцию. На самом деле вот нам действительно нужен план ГОЭРЛО-2, нам государственная программа должна. Действительно вот эти заправки они должны быть унифицированы. Ведь во всем мире возобновляемые источники энергии стали стимуляторами двунаправленной передачи энергии и создания интеллектуальных сетей, вот насколько я понимаю. Вот поэтому у меня вопрос, Владимир Николаевич, вот * – это все-таки знание нашей электротехнической промышленности, это вот основа нашего государства, которое в свое время дало колоссальный прорыв в развитии. Вот какая-то программа есть, как-то вы ее там проталкиваете? Вот, мне кажется, здесь нужны коллективные усилия частных компаний, которые ведут эту работу, и, может быть, Университет. Вот у нас треугольник наука-образование-производство как-то разорван сейчас, мы как-то все кусками работаем – нужна целевая программа. Вот вопрос.
Вариводов. Спасибо большое. Я это воспринимаю как определенное замечание. Буквально в ближайшее время будет очередная встреча по программе, мы это тоже обсудим. Спасибо.
Ведущий. Коллеги, еще будет желание высказаться, вопросы задать? Тогда мы переходим к финальной части. Вот все вопросы, которые здесь были подняты и в том числе касаемо образования, вот я, наверное, не скажу ничего нового, но, тем не менее, хочу к этому вопросу вернуться. Была инициатива Правительства. Есть у нас Комиссия по высоким технологиям и инновациям, по поручению этой Комиссии, по решению этой комиссии создан ряд технологических платформ, в том числе в энергетике. В энергетике их восемь, в электроэнергетике – пять, в том числе технологическая платформа интеллектуально-аналитической системы России. Соинициаторами создания технологической платформы выступили Федеральная сетевая компания и «Российское энергетическое агентство». Вместе с Владимиром Валерьяновичем в 2009 году мы готовили проект реализации этой технологической платформы. Сегодня она вошла в перечень утвержденной Правительственной комиссией. И вот мы уже второй год говорим о том, что было бы правильно эту сущность, которая создана, наполнить практическим содержанием. А цель – создание технологической платформы она в том и состоит, чтобы объединить усилия, интересы субъектов, в том числе здесь и государство, здесь потребители, здесь производители оборудования, здесь наука и образование. И поэтому то, что правильно вы говорите, о том, что действительно нужно ставить задачу – подготовки персонала, такая задача стоит. Осталось дело за малым: только начать эту задачу решать. И в рамках деятельности вот технологической платформы, координатором которого является «Российское энергетическое агентство», в «Российском агентстве» я *, мы пытаемся силами полутора человек эту задачу как-то сдвинуть с места. И вот я в очередной раз призываю всех заинтересованных участников: вот есть возможность, есть механизм, да есть замечательный административный ресурс в лице Министерства энергетики, Министерства экономического развития, рабочей группы по государственному частному партнерству, вот для того, чтобы задачи ставить, эти задачи решать. То есть в рамках технической платформы могут быть созданы различные группы по различным направлениям, в том числе по образованию, в том числе по накопителям энергии, по нормативно-правовой базе, нормативно-технической базе. И дело за малым для того, чтобы заинтересованные стороны, к которым мы не единожды обращаемся, чтобы они сказали: «Да, нам это интересно», от слов перешли к каким-то конкретным делам. И мы готовы эту деятельность поддерживать.
Значит, для информации сообщу, что сейчас по решению Правительственной комиссии, Министерства экономического развития, компании с госучастием принуждены определиться со своим участием в профильных технологических платформах и до 17 апреля представить план своего участия в их работе. Такая работа ведется. Но ведется так, как у нас это обычно делается. Я тоже видел план одной из таких компаний, то есть это очередная отмазка, и поэтому опять, к сожалению, как это у нас водится, вопрос придется решаться с Министерством. И поэтому я опять же для информации сообщаю, что подготовлен отчет по работе технологической платформы за 2011 год. Этот отчет состоит примерно в равных долях из работ, выполненных в ОАО «МОЭСК» и в ОАО «ФСК», есть часть работ, выполненных в ВИ(?), Томским политехом и еще рядом организаций. Но основные лидеры и драйверы на сегодня – это две организации, которые мною были названы.
Значит, как уже было сказано, разработана концепция интеллектуально-аналитической системы России на основе активно-адаптивной сети. Сейчас она находится на согласовании в «Системном операторе», обещают ее к концу апреля, ну к 10 апреля – такая дата, все-таки ее выпустить в свет, после чего я рассчитываю, что все-таки она попадет как отрытый документ, доступный для использования участниками технологической платформы, все-таки начнется дальнейшее движение с тем, чтобы вот этот документ, вот эта основа, документ, к которому можно относиться, она была дополнена другими разделами: распределительная часть, часть генерации, часть потребителей, сбытов и так далее. Опять же не могу не отметить инициативу МОЭСК, которая сейчас инициирует работу по разработке концепции Smart Grid для МОЭСК. То есть по сути, как уже было сказано, МОЭСК является, скажем, пилотной площадкой Холдинга МРСК, то есть мы рассчитываем, что такая концепция будет разработана и она ляжет, собственно, в основу деятельности холдинга МРСК в этом направлении. Соответственно, она будет разрабатываться с учетом той концепции, которая разработана ФСК.
Также для информации: сейчас существует двусторонняя комиссия, * Медведев, в рамках ее рабочей группы по энергетике: Шматко и Чу – американский министр энергетики и рабочая группа по энергоэффективности. Значит в рамках рабочей группы сейчас рабочее соглашение «Российским энергетическим агентством» и Американской энергетической ассоциацией, и проводятся совместные исследования по барьерам и факторам, препятствующим, либо содействующим внедрению технологии Smart Grid как в России, так и в Америке. Прошел первый цикл встреч, интервью. Проходили эти встречи в Москве. Принял целый ряд компаний основных инфраструктурных – МОЭСК, Холдинг МРСК, ФСК, «Системный оператор», Совет *, ФСТ и так далее. Вот этот цикл прошел, и, собственно, там экспертами задавались вопросы: а что нужно, а что мешает для того, чтобы эта идеология в общем-то как-то была услышана, воспринята и были четко определены, а что необходимо для того, чтобы она начала жить. Стало понятна, что она начнет жить, но при таких-то условиях в такие-то сроки. И на сегодня группа экспертов уже находится в Соединенных Штатах и задают те же самые вопросы, аналогичным инфраструктурным компаниям Соединенных Штатов. Где-то на конец сентября, октябрь мы рассчитываем получить отчет, который будет опубликован.
Также для информации сообщаю, что есть у нас Высшая школа экономики, которой поручено осуществлять некое методическое сопровождение деятельности, связанной с технологическими платформами. На сегодня сформирован портал, на котором размещены отчеты о деятельности за 2011 год всех технологических платформ. Поэтому я считаю, что там можно найти достаточно много интересного и поэтому рекомендую на этот портал зайти и эту информацию посмотреть.
Также сообщаю, что вход в техническую платформу открыт, и я со своей стороны сделаю все возможное, чтобы вот те направления, которые я обозначил, то есть это все-таки разработка национального видения, как бы концепция Smart Grid она была, как бы дальнейшее продвижение нашло, это работа продолжалась – это первое. Второе, хочу сообщить, что Россия стала участником рабочего соглашения Международного энергетического агентства по интеллектуальным сетям. В это сообщество входят все ведущие страны-лидеры деятельности по интеллектуальным сетям. Россию в этом сообществе представляет «Российское энергетическое агентство» как подведомственное подразделение Минэнерго и как координатор технологической платформы интеллектуально-аналитической системы России. Реализуются и планируются к реализации очень интересные проекты, в том числе по оценке экономической эффективности, применения технологии Smart Grid, плюс проводится сейчас инвентаризация по миру, что, где делается с точки зрения интеллектуальных сетей, запущен проект по созданию международной сети экспериментальных площадкой для апробации новых технологий, но еще ряд проектов, которые пока сейчас не буду упоминать.
В принципе, секретариат технологической платформы делает рассылку по своим участникам, также идет по такой же схеме информирование обо всех инициативах, которые есть, и формах поддержки проектов, реализуемых в рамках технологический платформ. А таких форм достаточно много. В прошлом году прошел целый цикл встреч с отраслевыми министерствами – фактически со всеми, со всеми институтами развития, и на сегодня в общем-то как бы планомерно, потихонечку, но эта тенденция, что когда институты развития, а также министерства – держатели федеральных целевых программ вынуждены считаться с позицией технологических платформ. Опять же для информации, есть такой российский фонд технологического развития. Сейчас им открыта кредитная линия по кредитованию проектов, рекомендуемых технологическими платформами, причем выдаются беспроцентные кредиты на срок, по-моему, до пяти лет, не соврать, и суммы там где-то 200-300 миллионов. То есть достаточно интересные как бы предложения, с одной стороны. Со второй стороны, есть Минобороннаука с ее программой по приоритетным направлениям развития науки и техники, которая также предусматривает финансирование 50 на 50 проектов. Я говорю к чему, что если есть интерес, обращайтесь, на сегодня это пока ничего не стоит, но, по крайней мере, станете участником и будете иметь информацию, понимать, что и где происходит. На этом хотел бы поблагодарить выступающих участников и перейти к финальной нашей части, приятной – это вручение памятных дипломов и медалей Форума. Поэтому я с удовольствием это сделаю лично. Дорофеев Владимир Валерьянович. Саженков Валерий Александрович. Сницкий Андрей Викторович. Веселов Федор Вадимович. Вариводов Владимир Николаевич. Спасибо всем

 

© 2002 - 2018
 

создание веб-сайта: Smartum IT